Остаток дня он проработал в кабинете, не выходя из него ни на минуту.

Откладываю планшет на прикроватную тумбочку и сажусь поудобнее. Голова была сама не своя после длительной работы. Недавно я взялась за иллюстрацию детских книг, весь вечер рисовала на планшете героев сказки. Глаза покраснели и припухли от длительной работы с графикой.

- Столько, сколько потребуется. – Отвечаю лукаво, наблюдая за тем, как Зейд медленно расстёгивает рубашку, снимает её и вешает в шкафу. Хегазу остаётся в одних брюках. Впечатляющее зрелище.

Годы не берут его, Зейд становится лишь сильнее, могущественнее и влиятельнее. Ни одного седого волоска, ни одной морщины.

Слежу за ним как голодная кошка, не могу даже спустя столько лет поверить, что мы вместе.

Хегазу расстёгивает ремень, снимает брюки и затем трусы, показывая мне боевую готовность своего друга. У меня тяжелеет в груди, спирает дыхание. Время не смогло научить меня спокойно реагировать на собственного мужа. Один лишь вид его возбужденного члена доводит меня до кондиции.

- Ваши условия. – Требовательно говорит Зейд, от его голоса кожа покрывается мурашками, а я краснею как девственница. На мне домашнее платье, ничего не сексуального, но муж смотрит так словно я в самом эротичном белье на свете.

- Условия чего? – переспрашиваю глупо.

- Примирения. - Зейд медленно дёргает меня за лодыжки, подтягивая к себе. Я послушно скольжу по шёлковым простыням, с радостью отдаваясь в плен. – Озвучивай условия моего прощения. Что мне сделать, чтобы моя дорогая и любимая жена сменила гнев на милость?

Хегазу касается языком моей коленки, очерчивает круг и прикусывает влажную кожу. Трётся щетиной, вызывая мурашки. Его покорность – игра. На долго его не хватит, очень скоро вырвется настоящий зверь, любящий приказывать и управлять.

- Для начала тебе стоит стать строже.

- Хочешь строже, я буду строже. – Зейд делает вид, что не понимает о чём я и шлёпает меня ладонью, заставляя взвизгнуть. Хорошо, что когда-то, продуманный и всегда всё хорошо рассчитывающий, мой муж выбрал для нас спальню подальше от детей, чтобы они не могли слышать наших разговоров и брачных игр.

- Ты знаешь о чём я.

- Фу, не люблю, когда ты тащишь в постель бытовые проблемы. – Зейд снова меня шлёпает, он зарывается лицом между моих ног, припадает к чувствительной точке. Ласкает горошинку языком, проникает в пещеру.

Меня скручивает от сладкого спазма, вокруг пупка идёт будоражащая рябь. Вплетаю пальцы в непослушные волосы Зейда, зарываюсь в густые, чёрные пряди и притягиваю к себе.

- А я не люблю, когда ты строишь из себя супер крутого папочку, что прощает всё и вся.