Костас хитро улыбнулся, вновь окинул меня взглядом и с загадочной улыбкой протянул:

— Подарите мне последний танец, сударыня? Прежде чем вновь оставите меня на безжалостное съедение аристократии?

— Разве я могу отказать после подобного? — с веселой иронией улыбнулась я. — Последнее желание приговоренных обычно принято исполнять.

— Тогда, по всей видимости, я явно загадал не то желание и заметно продешевил, — с откровенным намеком и усмешкой произнес король. Поднялся сам, помог подняться мне, привлекая к нам всеобщее внимание, как танцующих, так и музыкантов, что моментально прекратили играть.

Король неторопливо повел меня в центр зала, который при нашем приближении стали освобождать, оставляя достаточно места для танца. Среди зрителей, что создали живое кольцо, я заметила и Ванессу. Она была удивительно хороша сегодня, в нежном, струящемся платье, которое идеально подчеркивало белизну кожи и оттеняло рыжие локоны. На нее смотрели десятки мужчин, на которых она не обращала ни малейшего внимания.

Сама же Ванесса всеми силами старалась привлечь внимание того, ради кого так наряжалась. Того, кто почти весь вечер провел со своей законной супругой, а сейчас ведет ее на танец. Тот, кто сейчас смотрел лишь на меня.

Костас встал в стойку, обхватил мою ладонь одной рукой, вторую положил на мою талию и мягко улыбнулся, прежде чем зазвучали первые аккорды вальса. Честно признаюсь: я никогда не любила танцевать. Не любила и не умела. Ни в прошлой жизни, ни в этой, когда, несмотря на мою нелюбовь, меня вынудили изучить все танцы этой эпохи и мира.

И получать удовольствия от танца я так и не научилась. До того момента, пока мне в пару не попал Костас…

Он вел мягко, уверенно и осторожно. Смотря мне в глаза и улыбаясь доброй, искренней и восторженной улыбкой, он неторопливо и чувственно вел меня в танце, пока я ловила себя на мысли, что улыбаюсь ему в ответ. Я просто отпустила ситуацию, полностью доверившись мужчине, и не прогадала, едва ли не счастливо смеясь, при резких па и поворотах.

Впервые за несколько дней… месяцев мне искренне захотелось смеяться.

— Ты удивительная… — услышала я сказанное тихо, только для меня. И мне захотелось поверить. Однако волшебство момента исчезло. Как жаль…

Танец подошел к концу, а король остановился, но все еще держал в своих объятьях, не обращая внимая на аплодисменты зрителей. Он не отрывал взгляда от моего лица, а затем стал наклоняться ближе.