И реальность мне нравится куда больше. Наклоняюсь, жадно втягивая легкий запах жасмина и весеннего дождя. Слышу, как гулко бьется ее сердечко, как сбилось и потяжелело дыхание."

"Черт, она слишком соблазнительна в своей беззащитности.

- Пожалуйста, - хнычет, а мне все равно.

Мной движут инстинкты.

- Поздно. Я тебя предупреждал, рыжик, - подхватываю ее под попу, и заставив обвить талию ногами, жадно целую, неся к столам.

Девчонка сопротивляется, не пускает меня, но я настойчив. Сажаю ее на ближайшую столешницу и стягиваю с плеч пиджак, и желая поскорее стянуть до сих пор мокрый свитер.

- Аууууу, - воет от боли рыжик, а меня простреливает оттого, что это из-за меня.

Но когда вижу, отчего с ее губ срываются стоны боли, во мне срывает все предохранители. Я готов убивать за свою дев… игрушку.

- Кто? – задаю всего один вопрос, пока она прижимает к груди опухшее до невозможности запястье.

Глава 5

Анжелика

От его рыка мне хочется сжаться еще сильнее. Вжимаю голову в плечи, потому что мне страшно, что он сейчас схватит и начнет трусить, пока не узнает правду. А мне сказать ему нечего.

- Не заставляй меня применять другие методы, рыжик. Кто это сделал? – продолжает с нажимом, и придвигает меня ближе к себе.

Чувствую, что у него не все спокойно по мужской части. Может этот негодяй и украл сейчас мой первый в жизни поцелуй, но я не маленькая девочка и в двадцать лет знаю, чем отличается мальчик от девочки и чем обычно занимаются люди противоположных полов для удовольствия.

Ему хотелось большего. Прямо здесь и сейчас. Он готов был это взять несмотря на мое сопротивление. И он бы взял меня, я бы просто не смогла оттолкнуть здоровенного мужчину, одержимого желанием обладать, и от этого сознание окутывает дикий страх.

Господи, он бы… Мамочки. Если бы не сожмал руку, и я не зашипела от боли, то все могло бы закончится очень плачевно для меня. Сердечко начинает биться намного быстрее, меня бросает в жар от страха. Чувствую, как тело покрывается неприятной испариной.

- Рыжик, - дергаюсь в сторону, когда он наклоняется ко мне.

Чувствую его горячие пальца на своей щеке и боюсь поворачиваться к нему.

- Чего ты испугалась? Я не сделаю тебе ничего плохого. Кто тебя обидел? Скажи мне, - обманчиво ласковый голос с приятной хрипотцой убаюкивает сознание. – Каждый получит по заслугам. Всего одно твое слово.

Хочется расплакаться и выложить все, как на духу. Но он чужой, нельзя. Цена помощи будет слишком велика. Я не смогу ее заплатить. Нужно сбежать. Но как? Он похож на хищника на охоте. Такие не отпустят пока не загоняют.

- Никто не обижал, - говорю заикаясь, на что Амир недовольно цокает. - Никого не нужно наказывать.

- Сделаю вид, что поверил. Не хочешь говорить, хорошо. Я сам узнаю, будет чуть дольше.