Минус два противника, а твари даже не поняли, что произошло. Мне даже удалось повторить атаку перед тем, как прибегнуть к тактическому отступлению.

«Воспламенение» поджарило еще одного противника, а вот «огонь» лишь прожег чешую на боку твари. Черт ее знает, выживет или нет. Проверять не было времени, но прыти у нее явно поубавилось.

Убегая от противника, периодически разворачивался и кидал «блуждающий огонь». «Воспламенение» — конечно, мощнее и гарантированно убивает, но прицелиться им значительно сложнее, особенно на бегу. Тем не менее, количество преследователей потихоньку сокращалось.

— Огонь! Уха-ха! — сгусток огня врезается в голову амфибии. Удачное попадание — смерть реципиента. Ваншот!

Десять секунд бега — и снова атака магией. На этот раз все получается просто отлично, и тварь позади сильно замедлилась. Еще через пять минут гонка кончилась, и я стал подсчитывать трофеи. Не хватало одной рыбины.

Преследовать меня один из недожаренных противников отказался. Наоборот, амфибия попыталась скрыться в темноте тоннелей, но не получилось. Догнал ее я без труда, но добивать не пришлось. Внимательно осмотрев труп, пришел к выводу, что у блуждающего огня появился отложенный урон.

Может, он и раньше был, просто менее существенный.

Проникая в тело, сгусток пламени не затухал, а продолжал потихоньку гореть, обжигая жертву. Какое-то совсем негуманное оружие, эффект которого очень похоже на действие белого фосфора — жуткая вещь. Не зря подобные запретили у нас, хотя американцы, вроде, не подписали этот документ. Эх, Земля… Собраться.

Чего я ожидал? Магия огня — очень разрушительная стихия.

Срезая плавники, я возвращался обратно к камере, по дороге расправившись с медлительным слизнем.

Дальше потянулись одна за одной три комнаты. Потихоньку выбивая врагов, я продвигался вглубь подземелий, пока не услышал какой-то подозрительный гул. Насторожился.

Чувство тревоги заставило резко отскочить в сторону. Понимание пришло чуть позже, уже после того, как тело сделало рывок. Из трубы наверху вылетела груда помоев, и брызги разлетелись во все стороны. Вот же черт!

Похоже, я забрался настолько глубоко под землю, что не смог распознать подобную опасность. Длина трубы сильно искажает звук, но останавливаться рано.

Я рассчитываю покинуть подземелье только после рассвета, когда мои раны заживут, и мой вид перестанет пугать людей.

От одежды и так мало что осталось, а тут еще забрызгали с ног до головы. В отместку я один за другим запустил в трубу три «блуждающих огня» и еще с минуту орал в нее нехорошие слова. Эффекта от своих трудов я не почувствовал, но на душе стало немного легче.

Хорошо хоть под сам сток не попал — и то радует. Зато теперь понятно, что тут делали твари в таком количестве.