Я задержался всего на минуту — как только проезд с территории Соколовых оказался свободен, машины Романовых выкатились на простор.

Сама дорога прошла для меня незамеченной — я активно раздавал указания Кристине, а после и вовсе переключился на поиск подходящего оборудования для «Оракула». А когда мы подъехали к дому Ефремовых, здесь уже было полно чужого транспорта. И особняком разместились тяжелые «Танки» китайской делегации, украшенные гербами императора Поднебесной.

Вход в сам особняк Ефремовых был закрыт, и гостей провожали сразу в разбитый на заднем дворе сад. Под стеклянным куполом расставили десятки столиков, официанты сновали из угла в угол, спеша успеть обслужить каждого гостя. А напротив входа в сад разместилась большая сцена.

Китайские традиции никто соблюдать, в принципе, не был обязан. Ведь Мэйлин переходит в русскую семью, да и к тому же намерена принять нашу веру. Однако Амурские тигры не стали отказываться от некоторых частей церемониала.

Найдя взглядом стоящих у столика Ксению и Михаила, я решил будущих супругов не тревожить, а потому направился прямиком к столу, занятому нашей группой. Наличие студентов на мероприятии стало для меня приятным сюрпризом. Впрочем, были не все, что объяснялось напряженной обстановкой в стране.

— Дмитрий Алексеевич, — первым встретил меня кивком Авдеев, склоняя голову, — рады видеть вас!

Я кивнул в ответ, подходя ближе.

— Это взаимно, Иван Тимофеевич, — ответил ему, давая знак официанту, чтобы тот подал мне бокал. — Мне приятно видеть, что моя группа собирается вместе по столь замечательному поводу.

— И пока празднование не началось, — вставила Виктория, выходя из-за спин девушек с бокалом шампанского в руке, — я бы хотела предложить тост. Дмитрий Алексеевич, за вашу победу в Красноярске!

Я улыбнулся смотрящей на меня Морозовой и, приняв у официанта бокал, поднял его в воздух. Остальные приблизились ко мне, практически окружая нас с Викторией.

— За княжича Романова, грозу врагов Русского царства! — поддержал Рогожин, с улыбкой наблюдая за мной.

Остальные высказались короче, но не менее энергично. На нашу компанию обратили внимание от других столов, но никто и слова не сказал — в конце концов, мероприятие еще не началось, и мы были вправе немного пошуметь.

Сделав крохотный глоток, я с улыбкой протянул руку Морозовой.

— Виктория Львовна, надеюсь, вы не возражаете побыть моей парой этим вечером? — спросил я, и та, покраснев, подала мне пальцы.

— С удовольствием, княжич, — ответила она, позволяя притянуть себя ближе.

Но, разумеется, положенную этикетом границу мы не пересекали. Окружающим заметно, что мы вместе, но при этом никакой фривольности между нами нет.