Арья знала: в будущем, когда полное секвенирование будет осуществляться быстрее и подешевеет (что произойдет куда скорее, чем кажется большинству людей), выявление родственных связей станет существенно легче и точнее, что нанесет смертельный удар концепции неприкосновенности частной жизни.

— Конечно, — подтвердил Виджай. — Так и работает генеалогическая система. Найти совпадения сравнительно легко, сложно выделить настоящие, идентичные по происхождению совпадения, и для этого требуется триангуляция.

— Пожалуй, больше вопросов у меня нет, — сказала Арья.

Все складывалось просто идеально. Немного лжи во спасение, и она добилась, чтобы целая команда айтишников, спецов по генеалогии, взялась за розыски Любовничка.

— Пока вы не ушли, позвольте показать, какое примерно фамильное древо мы выстроим для вашего больного малыша. У вас найдется время?

— Выкрою, — ответила Арья.

— Тук-тук-тук, — сказал Джек, стуча костяшкой пальца по дверному косяку кабинета Лори.

Она подняла взгляд от проектных планов нового здания отделения судебно-медицинской патанатомии бюро, где должны были разместиться кабинеты судмедэкспертов и помещение для аутопсии.

Поработав над ними ночью, Лори сочла их практически готовыми, но при свете дня у нее возникли другие идеи. Хотя отдел токсикологии оставался в старом здании, переместившись на пятый и шестой этажи, отдел гистологии переехал в новую многоэтажку. Проблема заключалась в том, что эти отделы были накрепко связаны с работами по вскрытиям, которые проводили судмедэксперты. Лори легко вспоминала множество случаев, когда приходилось зайти в оба отдела, чтобы завершить исследование и составить заключение о смерти. Разделение их по разным зданиям выглядело довольно-таки неразумно с точки зрения логистики, поэтому Лори вернулась к проекту, чтобы попытаться решить вопрос.

— Тебе сейчас удобно разговаривать? — спросил Джек. Вид у него был напряженный, и голос тоже.

— Вполне, — сказала Лори. — Когда дверь открыта, я тоже открыта к общению. Я весь день предвкушала, как тебя увижу. Заходи! — Не в пример мужу, она старалась говорить небрежно, почти беззаботно.

Джек вошел, закрыл за собой дверь и направился прямиком к дивану, где всегда располагался во время визитов в кабинет жены.

Он до сих пор был в спецодежде, потому что большую часть дня провел в яме.

— Ну так что ты узнала о своей операции? — Джек не моргая уставился на жену, наклонившись вперед и упершись локтями в колени. Он явно переживал.

— Куда подевался мой сообразительный, остроумный Джек, любитель каламбуров? — пошутила Лори, стараясь разрядить обстановку. Она осталась у себя за столом.

— Взял отпуск до более радостных времен, — буркнул Джек.