И капониры обороны рва глушили, и в казематах пробивали стенки зарядами. Потом начались бои в зданиях, и тоже такой работы хватало. Подтащили заряды к стене дома, пробили в ней пролом, ворвались и затем малыми зарядами килограмма в три пробивали стены, чтобы дальше прорваться, а если немцы сидят прочно и готовы умереть, но не уйти, то это желание, как последнее в их жизни, приходилось выполнять. Подтаскивали заряды помощнее, до 75 килограммов или даже больше, и подрывали. Дом частично обрушивался. До кого дошло – сдавался, до кого нет – дом с ними когда рвали, когда поджигали дальше.

Когда прорывались в цитадель, вот там уж рвать пришлось на славу. Чтобы обрушить стенку рва, заряд вышел больше тонны. Но это потом, там есть про что рассказать. И про чертовы стенки Карно, и про преодоления рвов, и про лазания на вал, и про мосты для пушек и танков через ров же. И про бетон, и про кирпич в ассортименте.

И другим инженерным работам обучали. В состав бригады входил легкий переправочный парк из фанерных лодок. Назывался он НЛП, почти как современная фишка по охмурению народа. Это были складные фанерные лодки на 25 человек каждая.

Вот нас всех и обучали работать гребцами на них. Ну и разворачивать-сворачивать лодки тоже. Если нужно переправлять пехоту, то стрелки набивались в лодки, и мы их переправляли. Если требовалось перевозить что-то вроде пушек, то из лодок делались паромы, лодки состыковывались попарно или по три. Можно было сделать понтонный мост, соединив лодками и поставив настил поверх них, от берега до берега. Самый длинный его вариант растягивался на 135 метров, как мне помнится. Так что если река или ее рукав у́же, то строился мост. Нет – грузы и людей паромами возили.

Но мне как-то так везло, что задачи на разминирование-минирование наш взвод получал регулярно, а вот на переправы – почти нет. Хорошо ли это было, не знаю. Кому как нравится: регулярный риск, но относительно понемногу каждый раз, или огромный риск, но раз за операцию. Как нравится мне? Да ни так и ни эдак, поэтому – как прикажет начальство. А что бывает при минировании и разминировании – этого вволю нагляделся. Переправы и сам немножко испытал, да наслушался в госпитале про переправы на днепровские плацдармы.

Раненые иногда говорили, что Днепр от крови краснел. Это явно поэтическое преувеличение, но смысл его понятен.

Ну и наше основное занятие – штурмовые действия. Тоже треть времени обучения и работа до поту. Обычную пехоту для использования в штурмовых группах минимум два раза прогоняли через учебные городки на похожей местности. Для нас такого было маловато. По рассказам ветеранов-первопроходцев, сначала их учили, как совершать первый бросок при штурме.