Но нет! Ты подумал, что я просто по прихоти раздвинула перед тобой ноги, как жалкая, слабая на передок шлюха. Так?

Но я только пристыженно опустил глаза и уставился на дно своей давно опустевшей чашки.

– И это ты называешь любовью?

И снова молчание. А что тут скажешь? Я просто ужас, летящий на крыльях ночи. И точка.

– Я…худею с тебя, Стас…

Блин, я сам от себя в диком ахере.

– Прости, – прошептал я в очередной раз, но в следующий момент замолчал, потому что Арина повелительно подняла руку и заговорила, чеканя каждое слово жестко и безапелляционно.

– Да, Гордеев, я знала, что бывают в жизни огорченья, но это…за гранью добра и зла, знаешь? И я так понимаю, что глаза у тебя совсем недавно открылись, так? Артуру позвонил, небось?

– Тебя искал, – кивнул я.

– Еще Рябову встретил, – выдал я и приготовился получать знатных люлей.

– М-да, человек-ни-себе-ни-людям…Что-ж, Стас, в любом случае, спасибо тебе за честность. Но я просто проглотить все, что случилось, между нами, увы, не смогу.

– Арин, пожалуйста, – но девушка только отрицательно затрясла головой и решительно меня перебила.

– Врать не буду. Я любила тебя, Гордеев. Влюбилась с первого взгляда, как глупая курица. Смотрела на тебя и сердце в груди замирало. И стихи твои школьные все эти годы хранила, потому что…черт, потому что я не перегорела. До сих пор. И коробки те…там подарки, Стас. Подарки для тебя от меня, которые я так и не решилась отправить по адресу. Не знаю зачем я это делала, но так, в фантазиях, что однажды ты примешь от меня презенты, мне было легче жить. Кто как справляется с несчастной и безответной любовью. Кто-то ведет дневник, кто-то посещает психолога, а я вот покупала тебе подарки. Глупо? Странно? Да, я знаю, но как уж есть…

– Не надо справляться с любовью, Арин! Она не несчастная и не безответная. Пожалуйста, дай мне еще один шанс, прошу тебя!

– Нет, Стас. Никаких больше шансов. Потому что себя я люблю сильнее и не хочу больше страдать. Ясно тебе? И я о себя ноги вытирать не позволю, тем более тогда, когда все мои поступки были от чистого сердца и без грамма фальши. Я вернулась в Россию из-за тебя и ради тебя, Стас. А получила говна на лопате. И я считаю, что будущее между нами невозможно. Чувства чувствами, но всему есть предел. Тебе всегда будет проще верить домыслам и другим людям, но только не мне. В этом весь ты!

– Арина, не надо так, – попытался схватить я ее за руку, когда она уверенно встала из-за стола.

– Уезжай, Стас, – отмахнулась она, – уезжай и живи своей жизнью. А я буду жить своей.

– Подожди, не уходи, я прошу тебя, – поднялся я со стула и преградил ей путь.