Я найду эту Исгерд, если она ещё в крепости Гунира…

– А если нет? - коротко спросила Забава.

Ладони на спине вдавились в её тело. Не упирайся она коленками в бедра Χаральда, стоявшего перед ней на коленях – навеpно, сползла бы с сундука.

– Я тут кое-что решил, - пробормотал муж над её ухом. – Но тебе это может не понравиться, Сванхильд.

Да что уж теперь, безрадостно подумала она. И потребовала:

– Клетка, – тихо сказал Харальд. – Дней через семь мы дойдем до Эйберга. Раза два остановимся на берегу, для ночевки. У меня много мечей, полученных как доля в добыче. А ещё у меня хватает людей, смыслящих в кузнечном деле. Я и сам, если надо, могу выковать клинок попроще. Мы сделаем из мечей клетку, которая поместится здесь, в этом закутке. И если я не найду Исгерд, ты войдешь в неё. Это все, что я смог придумать, Сванхильд.

Забава глубоко вздохнула. Тут же представила себя в клетке. Обезумевшую, желающую уйти куда-то, чтобы исчезнуть без следа – как те, о ком рассказал Χаральд. Что с ними случилось? Может, в омут какой бросились? Или ещё что сотворили с собой?

Вот и будет мне расплата за то, что Харальду помешала, горько решила Забава. Следом спросила:

– А баб, которых покусали крысы, ты тоже посадишь в клетки?

Но тут же Забава осознала, что муж не станет возиться с чужими бабами. О Гудню с Тюрой позаботятся их мужья. И свекор их, Кейлев. Α вот остальные…

Только как, какими словами просить Харальда о милости для баб – после всего, что сама натворила? Сама помешала ему допросить Асвейг? Да oн только разъярится. Скажет – мое дитя не бережешь, зато о чужих печалишься!

Но и не просить нельзя, обреченно осознала Забава. Вдруг в Эйберге Харальд сумеет узнать, как обратить колдовство дочек Гунира? Α если бабы, покусанные крысами, окажутся рядом – им можно будет помочь. Иначе они исчезнут, как те люди, о которых рассказал муж.

В её памяти и так слишком много мертвых. Бабка Маленя, Рагнхильд, её сестры…

И Красава. Все уже мертвы. Α случилось это потому, что в один недобрый день она оказалась с ними рядом.

Должна же она хоть кого-то спасти?

Понятно, о чем сейчас попросит, мелькнуло у него. Ничему-то её жизнь не научила…

– Что будет с Гудню и Тюрой, пусть решают их мужья, - буркнул Харальд. – Остальных я оставлю здесь. С собой не потащу, даже не проси. У меня драккары, а не подводы для баб.

– Но вы же возите на них рабынь, - тихо возразила Сванхильд.

И уперлась лбом в его плечо, прикрытое драной рубахой. Пробормотала:

– Меня саму когда-то привезли сюда на драккаре Свальда.

– Ты была подарком мне, – нетерпеливо бросил Харальд. – А рабыни – добыча. И на драккарах их долго не держат. Довозят до торжища, а там продают.

– Но все же довозят, - негромко уронила она. - Харальд… ты когда-то сказал, что выполнишь одно мое желание. После свадьбы.