Комнаты разделить между собой каменными печами, а топки сделать из большой комнаты. В будущем поймем кто у нас мерзляк, а кто любит прохладнее, и комнаты можно будет поменять. Все дружно утвердили этот вариант, и сейчас у нас был сруб, внутри которого сразу поднимались две стены. Потом, уже после постановки, вырубятся дверные проемы, и в боковые от печей стены врубится по бревну, чтобы держать их."

"Мне снилась наша гора, это плато, где можно было начать другую жизнь. Мне не давало покоя ощущение, что жизнь нужно начинать с белого листа, с чистой земли, со своей истории, и как бы я не говорила себе, что здесь настроен быт, и можно просто усовершенствовать жизнь, обогатить ее культурой, знаниями, радостями, я хотела все начать сначала.

Там, на девственно чистой земле, моей реке, а не в поле, с разбитой головой, и страхом, что больше я никогда не увижу свою семью. Проснулась от воя волков, и пошла проверить запоры на сарае с лошадьми и овцами. Фрейя фыркала рядом со спавшей Ютой.

Вьюга, еще вечером кружившая так, что не было видно реки, утихла, и сейчас, при свете луны, воздух был прозрачен. Черный бархат неба, звезды, а вокруг луны широкий нимб, говорящий о заморозке к утру.

Надо-бы затопить очаг, время, наверно, не меньше пяти утра. Лошади фыркали в стойле. Замело за вечер все тропинки, и снег лежал нетронутым до реки. Вернулась, и на выходе из дома взяла факел, из кухонного очага достала уголек на плошке, раздула его, и вышла на улицу, чтобы не дымить.

Закрыла за собой дверь, ткнула просмоленной паклей на конце палки в дымящийся уголек, она затрещала и взялась не ровным, дрожащим огнем. Можно было не брать свет, луна светит как днем. Я не пожалела, что вышла на улицу — воздух блестел в свете луны мелкими кристаллами.

Момент смены температур — одно из самых красивых природных явлений. Деревья возле реки утром будут сказочными, рождественскими. По ощущениям, сейчас середина, или конец января. Или все-же февраль?

Сквозь наносы дорожка к сараю все равно хорошо видна, главное не ступить мимо — нога провалится по колено. Нет следов животных, если бы они были, нам строго-настрого велено не выходить, а звать мужчин. Волки спускаются к домам только в крайних случаях, и тогда они особенно опасны. Не было нужды проверять, но к лошадям все-равно тянуло, и эта красота на улице — когда еще ее увидишь.

Дверь плохо поддавалась из-за наметенного к ней небольшого сугроба, валенком тут вряд ли обойдешься, нужно принести из дома скребок. Надо предложить Севару переделать ворота, чтобы они как в доме открывались внутрь. Сарай достаточно большой, овцы могут и подвинуться. Под дверью нанос немного промерз, и мягким валенком его было сложно пробить. Надо идти за скребком, сна уже точно не вернуть, вернусь, затоплю печь, и буду прясть в тишине.