Отец будет в своих носках, и будет рассказывать, как они хороши для холода, я буду в чулках, и покажу женщинам в чем их прелесть.

По дороге караван выдвинулся по одной телеге, на встречу нам часто встречались всадники по двое, иногда по пять — шесть человек. Отец некоторых спрашивал, нет ли здесь людей карла Драса — надеялся встретить Бора. Но ему отвечали, что Драс и его люди сейчас на востоке северных земель — так они называли наши земли. Мы еще раз обсудили стоимость вещей, и пришли к тому, что начать продажу стоит сразу дорого. Шапка стоит суал, пара носков — полтора суала, пара чулок — два суала, одеяло можно начать с трех суалов, но сначала послушать предложения.

Место для рынка было почти на берегу, телеги выстраивали рядами, строили небольшие навесы, накрывали их тканями. Лошадей уводили за город, обратно к лесу, с ними оставляли мальчишек постарше, там-же был лагерь охраны — дежурившие на рынке люди Тирэса уходили отдыхать в лагерь.

Это была далеко не армия, не военные. Это были стихийно организованные команды, среди которых были организаторы, а даже не командующие. Никакой серьезности — все держалось на том, что нанятым для охраны людям нужен был кров и еда. Никакой формы — каждого фермера можно принять за охрану, и каждого охранника за фермера. Я подслушала разговор людей из нашего каравана с людьми охраны. Им платит Тирэс из казны по три суала в месяц, но одеждой и едой они должны обеспечить себя сами. А зимой они живут в городе, подрабатывая у горожан, в ближайших деревнях. Ночуют во дворах, типа гостиниц, но это больше сараи, чем гостиницы. При наступлении тепла они снова вступают в ряды этой непутевой армии. Даже я понимала, что людей охраны достаточно много, организации их жизни нет, держаться и дорожить им нечем. Только чудом они еще не начали сколачивать банды — в истории много таких моментов. Страшнее всего группы людей, у которых ничего нет за спиной, а вокруг буйным цветом расцветает роскошь.

На территории рынка пока не было жителей — город спал. Рынок гудел, люди старались как можно быстрее обосноваться, и отдохнуть перед началом. Я ждала, когда ряды будут полностью собраны, но подводы прибывали и прибывали. Мы нашли место в середине рядов, но держали телегу накрытой, отец передал лошадей соседним парнишкам, и собрав навес над телегой, лег поспать, а я решила спуститься к морю. Солнце скоро поднимется в зенит, и может быть, даже будет жарко, а сейчас у меня было ощущение, что я снова там, на берегу Черного моря, где заснула в свой день рождения.

Берег, по мере спуска, из галечного превращался в песчаный. С берега в море уходили длинные и широкие пирсы. В ста метрах от берега стояли корабли. Лапахи, как их здесь называли.