Где-то глубоко в душе у меня была радость от этого предложения, наверно, потому, что я столько времени забывала, что я женщина, а не машина, которая придумывает способы выжить в этом мире, способы, сделать жизнь людей лучше и безопаснее.

— Я не знаю, о чем ты сейчас думаешь, но я точно знаю, что не противен тебе. Я не могу знать наше будущее, но уверен, что объединившись, мы будем счастливы, — он встал, и подошел к карте, где виден весь остров, на котором мы сейчас находимся. — Видишь, эта земля не такая большая, как нам кажется, у нее есть край. Кроме северных земель, где ты жила раньше, думаю, на юге тоже есть еще большие земли. Мы должны смотреть во все стороны, Сири, и мы не знаем, есть ли за этой водой люди, — он указал на южную часть их острова и на море, что омывает остров с юга.

— При чем здесь я, правитель? — во мне рухнуло всё, или женщина во мне решила взять в руки управление в тот момент, когда боец во мне упал. Я поняла, что ко мне приходит смирение и мысли о том, что это не самое плохое развитие происходящего. Поняла, что эта женщина внутри оправдывается, мол, все эти люди, что доверились мне, могли бы все сделать и без меня.

— Думаю, то, что момент, когда я должен получить наследника не случайно совпал с твоим появлением здесь, — он повернулся ко мне, посмотрел в глаза. — Ты сама сказала, что проще передать решения в руки богов — они не могут подвергаться сомнениям.

— У меня будет только одна просьба, правитель…

— Да, ты выпустишь новое судно, я знаю, что ты привязана к своему открытию, и после этого, с началом холодов, тебя объявят правительницей наших земель. Думай спокойно и долго, как ты делаешь всегда, но знай, что думать лучше о том, что советую тебе я. Других вариантов у тебя просто нет.

— Но…

— И не бойся меня, Сири, в том, что я тебе сейчас сказал, нет никаких подводных камней. Мы оба знаем, что нравимся друг другу, и оба знаем, что это правильное решение. Просто… Так сказали мне боги, — он слишком наиграно посмотрел к потолку, что сложно было не понять откуда растут ноги у этой божественной темы.

— Хорошо, правитель. Можно мне уйти, и начать думать? — я была серьезна как никогда, но хотелось съязвить. Я понимала, что, если нет выхода, нечего дергаться. Пугало меня только одно — я. Он был абсолютно прав — моя симпатия к нему не меньше, чем его, а может и больше.

— Теплого света, Сири, позвольте бывать в вашем доме, чтобы чаще слышать советы богов, — он вошел во вкус, и теперь тролил меня уже открыто.

— Теплого света, правитель, я могу освободить дом, чтобы вы могли постоянно слышать их слова, — улыбаясь как могу, я встала и положила ладонь на его локоть, который он подставил. Он провел меня к двери, и повернулся еще раз ко мне лицом, прежде чем двери открылись.