Примархи взлетели над полом — на десятки метров, потом на сотни.

Исполины рвали друг друга, словно звери. Их окружали вихри горящей пыли и завесы радужного блеска; легионеры уже не могли различить противников, охваченных ураганом света и тьмы. Свирепую битву сопровождали раскаты грома, из вихря вырывались разветвленные молнии.

Ариман с трудом выпрямился. На кончиках пальцев у него играли разряды эфирной энергии, но воин подавил желание использовать пси-способности, почувствовав, что подвергнет себя неизмеримой опасности.

— Слушайте все! — крикнул он.

 — Только первое Исчисление!

Пошатываясь, к нему подошел Хатхор Маат. Лицо павонида с одной стороны покрывали сморщенные мокнущие ожоги. Влажное красное мясо уже зарастало розовой кожицей.

— Прекрати, — велел Азек. — Сейчас никаких заклятий.

— Хочешь, чтобы у меня остался шрам?

— Ты нужен мне живым! — огрызнулся Ариман. Он смотрел только на схватку, бушующую в километре у них над головами. — Здесь мощнейшее псионическое давление. Мы словно в прометиевом резервуаре, где испарения взорвутся от любой искры. Ты серьезно решил чиркнуть спичкой?

— Азек прав, — заявил Игнис, выступая из облака пыли.

На его громоздких терминаторских доспехах не было ни царапинки. — Все знаки указывают на то, что применять чары в настоящий момент весьма неразумно.

Ариман взглянул в сторону от пси-урагана, внутри которого бились аватары примархов. Важнейшие элементы стального каркаса выгибались в сторону круговорота, и уже ослабленная конструкция пирамиды находилась на грани распада.

— Игнис, что еще тебе известно? — уточнил Азек.

— Только то, что нам пока нельзя уходить — численные предсказания слишком расплывчаты.

Вопрос в том, что известно тебе.

— О чем ты говоришь?

— Неужели ты не чувствуешь этого? — искренне удивился магистр Погибели.

— Чего именно? — не отступал Ариман. — Игнис, у меня нет времени на твои загадки!

— Верно, так как пирамида развалится через семьдесят три целых и шесть десятых секунды. Но это почти не относится к делу. — Толкователь чисел указал стволами комбиболтера на пояс Азека. — Речь о твоем недавнем приобретении.

Посмотрев вниз, корвид не поверил своим глазам.

На бедре у него, прикованный цепью к броне, висел запертый на золотые замки увесистый том, полный величайших тайных знаний. Корешок бордово-алого переплета украшали осыпавшаяся позолота и потертая медь.

— «Книга Магнуса», — проговорил Ариман, положив ладонь на мягкий кожаный переплет.

Азек не видел гримуар с тех пор, как Циклоп приказал вернуть его в Обсидиановую Башню. Даже не открывая книгу, корвид почувствовал, что к нему вернулась уже забытая ясность понимания сути вещей.