— Ты меня отпустишь?

— Иди, конечно, — ответила Феодора, и мальчик, даже не допив кофе, стрелой вылетел из каюты.

— Я не хочу есть, — сказала Феодора. — Я очень устала и хочу немножко поспать. Разбуди меня в полдень.

Ирина поклонилась и вышла, а Феодора прилегла, и стоило ей коснуться подушки, как она тут же уснула.

Уже ближе к полудню она сквозь сон услышала какие-то крики и звон оружия. Несколько мгновений она, ничего не понимая, прислушивалась, но, вспомнив о том, где она находится и что где-то здесь ее сын, она проснулась и быстро вскочила с кровати.

На корабле происходило что-то непредвиденное. С палубы доносились крики, топанье ног, стоны, отрывистая непонятная речь. Она выбежала из каюты и поднялась на палубу, но, едва оказавшись там, остановилась как вкопанная. Возле сломанной мачты лежал без движения начальник ее охраны, из ран на его теле сочилась кровь, из груди вырывались прерывистые стоны. Над ним стоял человек, кажется, даже его подчиненный, и избивал его кнутом. В метре от них стоял ее сын и спокойно отсчитывал удары:

— Сорок семь, сорок восемь, сорок девять… У Феодоры помутилось в глазах, ноги подкосились, и она попыталась схватиться за дверь.

— Пятьдесят три, пятьдесят четыре, пятьдесят пять… — безжалостно произносил ее сын.

Пальцы ее разжались, и она упала в обморок. Очнулась она уже в каюте, в своей постели, над ней суетилась и причитала Ирина.

— Позови ко мне капитана, — властным голосом приказала Феодора.

Ирина побежала исполнять приказание, а Феодора встала и начала нервно ходить из угла в угол.

Через пару минут пришел капитан. Он почтительно поклонился и поинтересовался, зачем его вызвали.

— Как можете вы заставлять ребенка быть участником экзекуции! Ему только шесть лет, и он слишком мал для подобных зрелищ.

Капитан Хассан кивнул в знак того, что понял, чего требует от него Феодора. А она с удивлением смотрела в его глаза. В них не было прежнего страха перед ней, в них было сочувствие.

— Выслушайте меня, принцесса. Вижу, вы не все знаете. Этот корабль, который, кстати, называется «Принц Халил», принадлежит вашему сыну. Ему его подарил султан Орхан. Мы — я и моя команда — полностью находимся в подчинении у вашего сына.

Ваш управляющий приказал наказать за что-то начальника вашей охраны. Я предложил принцу перед началом экзекуции спуститься в каюту, но тот ответил, что на своем корабле он сам знает, где ему находиться, и остался на палубе. Он к тому же сам пожелал руководить экзекуцией. Мне очень жаль, принцесса, но, хоть вашему сыну только шесть, он уже прекрасно понимает, на что он имеет право, а на что нет. Я же его слуга и не могу не повиноваться его приказам.