Феодора за руку тянула Ирину, которая была явно не в себе и, казалось, даже не понимала того, что ей говорят.

Едва они выбрались на палубу, к ним подскочил капитан; он что-то говорил, но за неистовым ревом моря они не слышали его крика.

— Что случилось, что это за треск? — пыталась перекричать грохот волн и свист ветра Феодора.

— Мы потеряли главную мачту, — прокричал в ответ капитан. — Но шторм, кажется, стихает. Боюсь загадывать, может быть, мы и выберемся.

Буря и в самом деле окончилась так же неожиданно, как началась. В несколько минут море опять стало гладким как зеркало, ветер стих, а дождь прекратился.

Корабль очень сильно пострадал, все три мачты переломило, в трюме была течь, во время шторма погибли несколько матросов.

— Принцесса, все ваши люди живы? — спросил капитан.

— Да. Скажите, корабль сможет доплыть до берега?

— Ничего не могу сказать. Я бы вам посоветовал спуститься в каюту, воду уже откачали, и там вам будет лучше.

— Если можно, я еще постою здесь, хочется побыть на свежем воздухе. Я благодарю вас, ведь именно вам, капитан, мы обязаны сегодняшним спасением.

— Не столько мне, сколько счастливому случаю, принцесса.

К тому же, если б не вы, я бросил бы управление кораблем. Мне казалось, что все потеряно, и только ваше самообладание вернуло мне решимость продолжать борьбу. Для меня большая честь быть капитаном корабля, на котором находится такая смелая и красивая женщина.

Не привыкший к произнесению столь высокопарных речей, капитан смутился, неловко поклонился Феодоре и пошел осматривать корабль, вернее, то, что от него осталось.

Феодора просто стояла у борта корабля и вдыхала свежий морской воздух. После треволнений прошедшей ночи ей хотелось побыть одной.

Она вглядывалась в морскую воду, думая совсем о другом: о том, как не хочется ей возвращаться в Бурсу, в гарем султана. Несколько месяцев, проведенных в Фессалии, показались ей раем. Она с ужасом вспомнила, что скоро опять придется жить среди навязчивых, лживых людей, каждый день разговаривать с другими женами султана, слушать сплетни о новых фаворитках. Как все это пусто и никчемно.

Не махнуть ли на все рукой, не возвратившись совсем? Она оторвала взгляд от воды и увидела, что на горизонте, переливаясь всеми цветами в лучах восходящего солнца, встала радуга.

Феодора остановила пробегавшего мимо матроса:

— Мы не будем менять курс?

— Нет, ваше величество. Капитан сказал, что плывем на юг и, только если выяснится, что кораблю нужна срочная починка, пристанем к берегу раньше.

Она пошла в каюту. Ирина уже приготовила завтрак — горячий кофе с пирожными и фруктами. Халил сидел за столом с набитым ртом, и глаза его радостно сияли.

— Капитан разрешил мне помочь ему в починке корабля! — крикнул он, едва увидев мать.