Окатывает холодным потом с головы до пят, грудь вздымается от участившегося дыхания и желания поговорить с Аней, всё объяснить.

— Аня приходила? — хриплю и молюсь, чтобы ответ был отрицательным.

— Помощница твоя? Да, — кивает с улыбкой, а я даже боюсь представить, что сейчас чувствует моя фея.

— Что ты ей сказала? — цежу сквозь зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не придушить Сёмину.

— Что я твоя невеста и жду тебя, а она только помешает, — приближается, поглаживая пальчиками сквозь рубашку.

Хватаю Веронику, прижимая к стене и обхватывая шею. Сжимаю, чтобы она почувствовала, насколько я зол.

— Пошла вон, — шёпотом. — Пошла вон из моей жизни и этой квартиры. Навсегда. Не смей ко мне приближаться. Никогда и не при каких условиях, — громче рычу, стирая улыбку с лица Вероники. — Мне противно даже смотреть на тебя, меня тошнит от одного твоего вида. Если ты посмеешь ещё раз приблизиться ко мне — уничтожу. Поняла? — смотрю в испуганные глаза, ожидая ответа. — Поняла? — ору ей в лицо.

— Да, — вырывается из моей хватки, но прижимаю сильнее, отчего трепыхается в моей руки, словно пойманная бабочка.

— Ещё раз повторяю: не смей ко мне приближаться.

Никогда, — отшвыриваю Веронику, закрывая глаза, чтобы успокоиться. — Исчезни! — рявкаю, отчего Сёмина спотыкаясь, мечется по квартире, натягивая свои шмотки.

Набираю Аню — телефон выключен. Снова и снова. Начинаю паниковать, потому что даже представить себе не могу, что она сейчас чувствует. Хотя, нет — могу.

Вспомнил свои собственные ощущения, когда увидел Веронику, скачущую на члене какого-то мужика. Глубоких чувств к невесте не испытывал, но всё же явное осознание, будто тебя обмакнули мордой в дерьмо, отчётливо присутствовало.

А моя фея ранимая, нежная девочка, которая сейчас уверена, что я предал, изменил, променял её на бывшую невесту.

Я не знаю её адреса. Идиот. Всю неделю мы были в моей квартире, поэтому я не интересовался.

Еду на работу, чтобы посмотреть в личном деле, узнать, где она живёт. Нахожу адрес квартиры и мчусь туда, чтобы всё объяснить, рассказать, сделать хоть что-то, чтобы поверила.

Но женщина, открывшая дверь, поясняет, что Аня жила здесь два года назад и давно переехала по новому адресу.

Готов выть и стонать от понимания, что я не могу её найти.

Не знаю, куда ехать даже приблизительно. Постоянно набираю номер Анюты, слышу из трубки лишь противный женский голос, отвечающий, что телефон абонента выключен.

Сажусь на лавочку около подъезда. Город в снегу. Снежинки плавно опускаются на землю. Пришло время падающего снега. Время, когда чувствуешь перемены, наполняющие всё вокруг. Новая жизнь, которую я так отчаянно желал построить с Аней с чистого, белого листа, словно этот снег, разрушилась в одно мгновение стараниями моей родной сестры.