Вам не кажется, что это слишком часто? — иронично поинтересовалась Тугарина, сверля меня ехидным взглядом.

Я снова стоял в ректорате перед преподавательским составом. На манеже были всё те же — только вместо Земельцева на этот раз сидел Вяземский.

— Повторю вопрос, — процедил он, — Ещё раз, подробно объясните, как вы вскрыли дверь запретного хранилища!

Вздохнув, я слово в слово пересказал то, что уже говорил.

— Браслет завибрировал после первой попытки влить энергию в дверь, и я пропустил силу через него. Во время второй попытки «почувствовал» направление и усилил поток.

Дверь открылась.

Упустил я лишь маленький момент — своё «видение» внешней энергетики. Незачем было профессорам знать, что у меня есть такой талант.

Признаюсь честно — я конкретно переживал, что в этот раз ко мне могут вызвать менталиста. Знания в моей голове не предполагались ни для кого другого, а уж о личности и вовсе говорить не стоило!

Так что, как бы мне не хотелось привлечь к разбирательству Заварского — делать этого я не стал, и о менталистах даже не заикался.

Не стоило оно того. С этим придурком я разберусь сам, чуть позже…

— Это невозможно! — процедил Вяземский в ответ на мои объяснения, — Первокурсник не может просто так, по наитию, вскрыть дверь запретного хранилища! Защиту на неё ставили аспиранты, окончившие академию!

— Может, стоит проверять их работу? — пробасил Змеев, — Да и вообще, Эрнест, ты видел отчеты о даре Апостолова.

Да что там, видел! Мы перед разбирательством его просканировали! Сил — с мышиный плевок. Очевидно, что он не способен целенаправленно вскрывать защитные чары восьмого уровня. Парню либо повезло, либо заклятие выдохлось. А может, и то и другое.

— Я не отрицаю вины своего студента, — продолжил Илья Васильевич, сверля меня тяжёлым взглядом, — Но она заключается скорее в том, что он тупой. И везучий не там, где надо.

Несколько преподавателей прыснули.

Я осмотрительно молчал… Декан уже второй раз за неделю защищал меня, и стоило это ценить.

— Апостолов, вы признаёте, что пытались проникнуть в запретную секцию библиотеки? — спросил директор.

— Да, — был вынужден признать я, — Но только потому, что не знал, что это запретная секция!

— Что лишний раз доказывает твой не особо выдающийся ум, — снова встрял Змеев, — Правила Архивов, буква «З», дверь, не открывшаяся сразу… Может, нам стоит повесить там просто таблички с текстом, чтобы было понятнее?

По столу преподавателей снова прокатился смешок.

— Я предупреждал вас, что будет, если вы снова окажетесь здесь, — сказал Кощеев.

— Да, господин директор.

— Вам вменяется первое взыскание, Апостолов. В качестве наказания вы будете лишены права пользоваться библиотекой до того, пока уважаемый Эрнест Петрович не примет обратного решения.