Обычно Марк вёл себя совсем не так, и в голове «отца» не укладывалось, откуда у меня взялась смелость перечить ему.

— Меня зовут Марк, — я подал пример офицерам, разглядывающим меня словно какую-то диковинку, — Марк Апостолов.

— Майор Дмитрий Дербентский, Имперское военное училище имени Воронова, — процедил мужчина справа.

— Старший лейтенант Антон Старицкий, — сказал второй, слева.

— Рад знакомству, господа, — кивнул я, и лишь после этого подошёл к столу.

Не глядя на отца, взял со стола планшет с открытым договором о службе, пробежался по нему взглядом.

Ага, ясно. Обязанностей и ответственности вагон, прав самый минимум… Так… Тут указаны их персональные данные. Хм, да эти двое — обычные вербовщики, даже не из дворян! Не удивлюсь, если за каждого родовитого рекрута им полагается какой-нибудь бонус… В контракте, конечно, этого не прописано…

Зато указана сумма, за которую отец хочет меня «продать». Полтора миллиона за пять обязательных лет службы… Деньги не самые солидные, но Григорию на какое-то время хватит. А вот я не получу нихрена — всё уйдёт семье.

— Видите ли, господа офицеры, — я бросил планшет обратно на стол, — Этот контракт больше не подходит под… Возникшие условия.

— Что ты такое несёшь⁈ — проскрипел зубами отец, и попытался ухватить меня за руку, чтобы усадить рядом.

Но стоило его пальцам впиться в моё запястье, как я повторил тот же фокус, что и с блондином-дворянчиком. Лёгкая манипуляция энергией — и сила тут же покинула руку отца, а вот моя превратилась в сталь.

Наверное, со стороны это выглядело странно — здоровый мужик не может сдвинуть с места руку своего худощавого отпрыска… Впрочем, родитель быстро сообразил, что тут что-то нечисто, и убрал руку.

— Объяснись! — потребовал он, откинувшись на спинку стула.

Ха, а Григорий-то не глуп! Почуял, что обстоятельства изменились.

— В уложении о дворянстве сказано, что если в представителе рода пробуждается магия, он имеет право отказаться от заключённых до этого времени договорённостей с любым учебным или государственным заведением. Даже если эти договорённости заключены родителями или опекунами представителя рода до его совершеннолетия, — процитировал я выдержку из «Уложения», которое бегло просмотрел во время поездки в автобусе.

— Вот оно что… — протянул лейтенант Старицкий, и повернулся к моему отцу, — Григорий, мне казалось, всё решено?

— Это какая-то чушь! — родитель грохнул кулаком по столу, — Какая, к демонам, магия, сын⁈ Решил своими уловками…

— Это не уловка. Сегодня я стал магом. Любая комиссия это подтвердит. Впрочем, я могу продемонстрировать это прямо сейчас, если хочешь.

Он осёкся, бросив быстрый взгляд на мою руку, и прочистил горло.