Но вот, даже, если на минуточку представить, что этот идеал всё-таки достижим и возможен, то что из него получится? Да ничего хорошего: оба в этой паре будут жить не своими жизнями, не своими интересами, не тем, что хотят сами… оба будут несчастны.

Ладно, это всё лирически-философские отступления и отвлечённые размышления. На самом деле, я и сам бы к ней на пегаса не полез бы. Ни под каким видом. Да и она, если бы решила меня сопровождать через лес, мне бы только мешала — слишком разные у нас варианты способов перемещений. Да и сами мы разные.

Да и вообще, отпуск — это, конечно, хорошо, но в одиночку мне в моих рабочих выходах удобнее.

Собственно, посиди мы тут вместе ещё недельку, то ванильный период бы закончился. Мы бы начали скандалить и ругаться. Уже и так-то почти вплотную к этому подошли. Ещё чуть-чуть, ещё немного, малейшая искорка, и…

В общем, пегас улетел. И даже не обещал вернуться. Я остался на берегу один. И тоже рассиживаться не стал. Собрал тщательно и аккуратно просушиваемую всё это время траву, упаковал её, собрал остальные свои монатки, вскинул сумку на плечи, да двинулся в обратный путь, к красивому городу Камиш (пусть для кого-то он и является заштатной, захолустной деревней), к ждущему меня с деньгами Кириллу, к ждущему опробации молоту.

Тигр. Стоило мне войти в лес, как его усатая морда появилась в обозримом пространстве. Зверь SSS-ранга. Нда уж, такая характеристика из уст «хая» почти 300+ звучит серьёзно, и вызывает уважение.

Хотя, если подумать, то я и раньше-то знал, что зверюга данная для меня, что тапок для таракана — уровень опасности имеет ультимативный.

Дрожь, помимо воли, пробежалась по моему хребту под взглядом этих желтых, немигающих нечеловеческих глаз.

Дрожь прошлась. А вариантов-то всё одно нет — идти надо. Дрожи не дрожи, тигр не исчезнет. И, по-видимому, не отстанет.

Поэтому, я вежливо, на японский манер, поклонился тигру.

— Здравствуй. Позволишь пройти? — обратился к нему. Тигр ничего не ответил. Ни малейшим движением не выразил того, понял он меня или нет. Просто, молча стоял там, где я его и увидел. Стоял и наблюдал.

Он стоял. И я стоял. Он смотрел. И я смотрел. Только не в глаза — всё же, прямой взгляд в глаза у животных воспринимается не иначе, как агрессия или даже атака.

Хотя? Мы же с ним подобную уже проходили.

Я пожал плечами и принялся доставать, а потом расстилать коврик, на него спальник… Тигр раздражённо дернул хвостом и скрылся в ближайших кустах. То ли ушёл, по своим делам, «плюнув» на меня, такого неинтересного, то ли спрятался, предоставляя мне возможность чудить дальше, тем самым, развлекая его.

Что ж, в принципе, и тот и другой вариант меня устраивают одинаково.