А тут ее считают магичкой и отнимают нитки…

Бумагу и письменный набор, кстати, тоже унесли — по той же причине. Они и не писала еще — нечего было писать, не хотелось, но попросила все необходимое — на всякий случай. И вот, забрали. И зеркало забрали. Странно, что оставили светильник — огонь тоже средство для магии, Кантана уже успела испугаться, что придется сидеть в потемках. Зато Тина принесла несколько книг, романтические истории о пламенной любви, подходящее чтение для юных дурочек. Самое интересное, несколько лет назад Кантана перечитала гору подобных книг, а теперь только уныло полистала и отложила — ну что за ерунда. Не до того…

Тина сама в первый же день предложила ей все для вышивания, чтобы можно было коротать время. И утешала, сказала, что это ненадолго, что Кантану отпустят. Это ее отца ненавидят здесь, но не ее. А когда Кантана спросила, почему ее держат взаперти, Тина охотно пояснила — это и хорошо, что взаперти, значит, точно отпустят. Потому и заперли, чтобы можно было отпустить. Но если девочка хочет остаться тут навсегда — может идти на все четыре стороны. Такая красавица запросто найдет себе мужа и будет жить хоть в Дарьяле, хоть где — Содда большая. Но вот из Содды — ни ногой. Так что, пусть уж потерпит, если не хочет мужа-соддийца… А точно ли она не хочет? У них такие парни есть — трудно не влюбиться. А Тина вот и подумать не могла, что у мага Каюба такая милая дочка. От женихов точно отбоя не будет. Что, может, останется она?..

Дарьял — это что-то неподалеку, поселок, а может город. Наверное, город, потому что там жил местный князь — если Кантана поняла верно. Страна колдунов была поделена на три части, и каждой правил свой князь. А в остальном Тина, конечно, просто шутила, хотела ее развлечь по доброте душевной. Отец не раз упоминал, что соддийцы, то есть, горные колдуны, ненавидят его от всей души. А раз так, кто захочет взять в жены его дочку? И потом, никакая Кантана не милая. Младшей сестричке вот досталось красоты на двоих, а Кантана… темноволосая, с лицом живым и немного неправильным… нет, не уродина, конечно, но не красавица, это точно.

Ее держат здесь в заточении, чтобы она ничего не увидела, и не поняла, в чем заключается великая тайна гордых колдунов — тайна приручения драконов? За это отец отдал бы что угодно. Неужели эта тайна так заметна, так на поверхности, что всякий чужак, оказавшийся в этой стране, должен проводить время взаперти, чтобы случайно ее не постигнуть? Что-то Кантане в это не верится.

Делать было решительно нечего, так что она лежала на кровати, завернувшись в свой плащ, и вспоминала. Вспоминалось чаще давнее — из детства.

Ей пять лет. Она сидит на табурете, в красивом платье, надетом в честь приезда тети Велы, старшей сестры отца, и перебирает бусины.