Я хмыкнул и, прихрамывая, направился к комоду — проверить, не туда ли сложили мои манатки. Но стоило сделать пару шагов, как пушистые уши встрепенулись, шевельнулись и вдруг приподнялись над крышкой комода. А затем показалось и все остальное — и у меня натурально отвисла челюсть.

Из-за комода с опаской выглядывала стройная девичья фигурка. Длинные белоснежные волосы до пояса, огромные серебристо-голубые глаза, бледная, почти прозрачная кожа. Девица была облачена в короткий топ из грубой ткани и юбочку из невыделанных волчьих шкур.

Хрупкие плечи прикрывала меховая накидка.

Но куда сильнее заинтриговали меня белоснежные звериные уши, венчавшие голову незнакомки, и пушистый белый хвост, выглядывающий из-под юбки. Полукровка? Как любопытно… При этом у девицы были и обычные человеческие уши.

Все правильно, ушей много не бывает.

Заметив мой ошарашенный взгляд, лисодевочка… или волкодевочка?.. смущенно покраснела и спряталась за комод. Впрочем, любопытство быстро взяло верх над застенчивостью — спустя пару секунд любопытная мордашка вновь высунулась из укрытия и обворожительно сморщила носик, принюхиваясь ко мне.

Я нутром чуял — моя таинственная спасительница и робкая лисичка-полукровка — одно лицо. И если я еще хоть что-то понимал в следопытстве, именно ее крохотные ножки оставили те самые следы, что я видел в лесу. Она наблюдала за мной с самого начала!

Нити Судьбы тесно переплетены

Кажется, именно она жахнула по мне предупредительным сгустком духовной силы… Хотела, чтобы я ушел и не вляпывался в неприятности?

От этого озарения я расплылся в широкой ухмылке.

Ай да красавица, ай да храбрая дочь леса! Не испугалась сунуться в пекло схватки, вытащила мою израненную тушку и выходила! Истинное дитя богини, ничего не скажешь.

— Эй, красотка! — окликнул я лисичку, стараясь, чтобы голос звучал как можно более дружелюбно, — Не бойся, выходи. Я не кусаюсь… ну, почти. Хочу поблагодарить тебя за спасение моей никчемной жизни!

Лисичка в ответ лишь сильнее вжалась в стену и прижала уши. В огромных глазищах плескался дикий, первобытный ужас.

Неудивительно — я представлял собой еще то зрелище. Огромный, перемазанный черной кровью и копотью парень с безумным взглядом. От меня за милю разило Бездной и смертью. Тут кто угодно хвост поджал бы и дал деру.

Но лисодевочка, как ни странно, не убегала. Она медленно, словно завороженная, выбралась из-за комода и сделала несколько шажков в мою сторону. Любопытство в ней боролось со страхом — и пока побеждало. Блин, как есть дикий зверек! Того и гляди, с перепугу цапнет.