На балконах третьего этажа громко переговаривались соседки, развешивая белье. А отбитые пятки и подвернутые щиколотки приятно пощипывало лечебное тепло. Все, теперь — хоть на войну… То есть на пятый этаж хрущевки пешком.

На звонок дверь открыла женщина лет пятидесяти. Русые волосы всклочены, цветастый халат едва запахнут, в серых глазах — глухая тоска и страх.

— Ульяна Андреевна, ведьма, — представилась я, украдкой переминаясь с ноги на ногу. — Добрый вечер. Вызывали?

— Проходите, здастье… — она распахнула дверь.

Первым делом я разулась и с удовольствием пошевелила пальцами ног, оглядываясь. Крошечная прихожая с единственной стойкой-вешалкой, облезлые обои. И ни следа потустороннего. Ни единого. Даже домовой не ощущался. Я прошла дальше. Смежные комнаты со старой мебелью и диким беспорядком. И запах пирожков с кухни. А я с утра голодная…

— Катерина Аркадьевна я, — тетка топала за мной, шаг в шаг, и смотрела умоляюще.

— Рассказывайте, Катерина Аркадьевна, — я принюхалась и нахмурилась. Пахло только пирожками. И котом. И все.

— Чего рассказывать-то?

— Чего происходит — того и рассказывайте.

— Так… вот, — она запахнула старый халат и торопливо обвела руками комнату, показывая.

На полу — одежда вперемежку с книгами, стульями, сумками, обувью и одеялами. С люстры свисают объемный лифчик и колготки. Створки шкафов открыты и зияют пустыми полками. На подоконнике — опрокинутые цветочные горшки. Из щели между диваном и стеной настороженно сияют «фары» беспокойных глаз.

— Кузя, кис-кис-кис! — я присела перед диваном. Кот точно все знает. — Иди-ка сюда, рыжик…

Крупный «перс» пугливо высунул мордочку из щели и живо был схвачен за шиворот. Я взяла его на руки, почесала за ушком, и кот расслабленно запел, перебирая коготками по вороту пальто.

— Нечисти дома нет, — я обернулась к хозяйке хаты. — Ни доброй, ни злой.

— Как… нет? — не поверила она.

— Так… нет, — я снова огляделась. — Вы, Катерина Аркадьевна, лунатик. Дело к полнолунию, вот и буяните по ночам. Разгром учиняете и кота обижаете. А утром просыпаетесь и ничего не помните. И не понимаете.

— А как же проверки, ритуалы…

— Я потомственная ведьма, а не шарлатанка из цирка, и прыгать с кадилом и посохами не собираюсь, — я покосилась на тетку исподлобья и глазами для вящей натуральности сверкнула. Она попятилась и едва не упала, наткнувшись на стул. — Я вижу и чувствую. Здесь только вы и кот.

— Но ведь раньше не было…

— Но и проблем у вас таких раньше не было, — я прошла на кухню, села табуретку и устроила на коленях кота. — На работе сокращения. Сын почти месяц в Москве и ни разу не позвонил. Дочь с мужем разводится и делит совместно нажитое. И на вас весь негатив сливает. Вот и результат.