Он хочет отвезти ее туда, где она будет под присмотром врачей. Послушай, Ребекка, мне бы очень не хотелось, чтобы твой великолепный белокурый скальп украсил жилище какого-нибудь индейца. Я пекусь о твоем благополучии.

– А вы с Гартом? Что вы думаете о том, чтобы повернуть назад?

– Мы здесь, чтобы найти сестру. Мы не повернем обратно, пока этого не сделаем.

– Меня тоже привела сюда цель, Клэй. Новые начинания – это всегда риск, но я хочу попробовать.

– Если ты подождешь несколько лет, рисковать не придется. Когда-нибудь здесь проложат железную дорогу и возведут мосты через реки.

– Знаешь, Клэй, я всю жизнь сидела и ждала, когда наступит это «когда-нибудь», но всегда оно было далеко. Однако я все время верила, что оно придет – завтра, через неделю, через месяц, через год. Если я сдамся сейчас, я откажусь от мечты, которая поддерживала меня многие годы, от мечты, которая завела меня так далеко.

– Ладно, Бекки. – Клэй вздохнул. – С Божьей помощью ты доживешь до того дня, когда эта мечта осуществится. Пойду скажу остальным, что ты едешь дальше.

Известие о резне встревожило всех.

Четырнадцать фургонов решили дальше не ехать, и среди них – фон Диманы. Клэй купил у них корову, несколько кур и часть припасов. Когда настала очередь Ребекки переправляться, она слезно попрощалась с Бланш и Отто. Она дала им адрес своего брата и обещала написать, как только доберется до Сакраменто. Вытирая слезы, Ребекка взобралась на козлы рядом с Клэем и помахала на прощание рукой пожилой паре.

Когда они благополучно добрались до другого берега, Клэй ушел помогать на переправу, а Ребекка взялась раскладывать на просушку промокшие вещи.

Переставлять и перетряхивать все было утомительно, но по крайней мере ей не приходилось думать о печальных событиях сегодняшнего дня.

Вечером в лагере стояла тишина, все жались к своим фургонам. Клэю выпало стоять на страже с десяти до полуночи. Гарт и Майк Скотт не показывались. Ребекка задень измоталась до невозможности, но заснуть до возвращения Клэя ей так и не удалось.

– Все спокойно? – спросила она, когда он расстелил на траве свою постель.

– Да, не волнуйся, Бекки. В поезде еще пятьдесят фургонов, индейцы не осмелятся напасть.

Это будет для них равносильно самоубийству.

– И все-таки мистер Скотт удвоил стражу, – заметила она, перевернулась на другой бок и закрыла глаза. Может, индейцы и не станут атаковать поезд «в лоб» – но что мешает им подкрасться в ночи и перебить часовых или забраться в фургоны и… Она сглотнула, потом встала и передвинула свою постель поближе к Клэю.

Спала она беспокойно, то проваливаясь в сон, то подскакивая от малейшего шороха. Утром ее разбудило кудахтанье кур.