– А ты оставила за собой тот номер в гостинице?

– Ну, тогда самое время приступить к «обсуждению», как ты считаешь?

Она вздохнула и обвила его шею руками.

– Я думала, ты так на это и не решишься. Неудивительно, что вы, южане, потерпели поражение в войне…

Клэй рассмеялся, подхватил Ребекку на руки и понес в гостиницу.

Позже, лежа в его объятиях, Бекки спросила:

– Клэй, а ты и вправду собирался уехать с мистером Скоттом и бросить меня?

– Нет, но я не знал, как будут развиваться события. Впервые в жизни у тебя появилась возможность обрести финансовую независимость, открыть свое дело. Какая-то часть меня хотела дать тебе воспользоваться этим шансом, а потом вернуться через полгода, когда истечет твоя аренда, и убедить тебя уехать со мной. Но я очень хотел, чтобы ты выбрала жизнь со мной, поэтому я выкупил твой фургон и мулов в надежде смягчить твое сердце.

– Нет, Клэй, ты меня больше не проведешь. Ты выкупил их, потому что знал, что у меня будет разрываться сердце, если мои мулы уйдут. Но с чего ты взял, что собственная пекарня – это и есть моя мечта? Да, я бы могла себя прокормить, но я не хочу провести остаток жизни, стряпая пироги и булочки для чужих людей. Я всегда мечтала встретить человека, который полюбит меня, и растить его детей. – Она глубоко вздохнула. – Клэй, я всегда говорю то, что думаю, и сама принимаю решения. Я не рассчитываю, что кто-то подумает и решит за меня. Это и есть настоящая независимость, и единственный человек, которому я должна ее доказывать, – это я сама. – В ее глазах зажегся огонек. – Так зачем столь независимой личности, как я, отказываться от самого замечательного, благородного, честного человека, которого я когда-либо встречала в жизни – тем более что я люблю его до безумия, – лишь бы доказать свою независимость? Этим я доказала бы только свою глупость.

– Ты, наверное, наслушалась Гарта.

Ребекка ощутила глубокое умиротворение и светлую радость.

– Все, чего я хочу, – это жить с тобой, Клэй, – сказала она. – Моя независимость, твоя честь… Разве не эти качества мы так друг в друге любим? И разве не их наследует наш малыш? О, Клэй, мы воспитаем таких удивительных детей…

Он коснулся губами ее руки и заметил на пальце золотое кольцо. Она не надевала его с тех пор, как ее похитил Орлиный Коготь. Присмотревшись, Клэй расцвел в широкой улыбке:

– Это не кольцо Чарли.

– Конечно же, нет, – нежно проговорила Ребекка. – Я ношу кольцо, которое подарил мне мой муж. Так что скажешь, южанин, – в голосе ее появились ласково-игривые нотки, – сможем ли мы осуществить твою мечту и вместе возделать виноградник?

– Да, Бекки, несомненно. Но это моя мечта, а как же твоя?

Ребекка с нежностью погладила его по щеке, и глаза ее светились любовью.

– А моя мечта уже исполнилась, любимый.