А Татарин этот со Сливой в каких отношениях?

– Кто его знает? Вроде не воюют, – пожал плечами собеседник.

Машина между тем, чуть попетляв по улицам, остановилась у крыльца под вывеской «Галерный колокол», под которой и вправду висела начищенная корабельная рында. На крыльце, приосанясь, стоял двухметрового роста орк с обшитой кожей дубинкой за поясом. Там же у него болтался огромный револьвер пятидесятого калибра в расшитой серебряной нитью кобуре, а могучие, голые до плеч руки, каждая толщиной со свиной окорок, сплошь покрытые затейливой ритуальной татуировкой, он скрестил на груди.

На наше появление никак не прореагировал, даже глаза не скосил. Он выше этой суеты, пока не потребуется кого-то вышибить из заведения. А вообще, орков как вышибал во многих местах почитают. Силищи у них не меньше, чем у гнома, и приложить они ее всегда рады. При этом нанимателю верны и проблем с ними не бывает.

Мы со своими рюкзаками зашли в просторный гостиничный холл, для деревянного дома даже удивляющий богатством. В дальнем конце его возвышалась стойка из красноватого полированного дерева, слева был вход в гостиничный ресторан, где за столиками сидело несколько человек, и пахло оттуда на диво аппетитно.

Еще несколько купцов из пришлых и аборигенов сидели на диване в углу холла, что-то негромко обсуждая. У двоих на шеях висели серебряные гильдейские бляхи. В сторонке молча пребывали трое вооруженных охранников. Действительно купеческая гостиница, верно Лари сказала.

– С приездом! Чем могу служить? – осклабился он.

– Спасибо, – кивнул я. – Номера есть? Нам один двухместный и два одноместных.

– Есть, пока есть, – ответил портье. – Только одноместных у нас не имеется.

Спрос отсутствует. Господа купцы всегда на ночь обзаводятся компанией. В нашем городе, сами понимаете, одинокому мужчине без компании остаться сложно.

– Понятно. Тогда три двухместных.

– Примерно на неделю, но, может, и задержимся.

– Хорошо… Номер у нас два золотых в сутки, три номера да на семь… Семь ночей? – уточнил конторщик.

– Тогда… сорок два рубля золотом за номера, плюс по пять рублей залога в счет возможных повреждений… пятьдесят семь рублей извольте. Вперед, – снова заулыбался портье.

Чеки я решил здесь не выписывать в целях конспирации, поэтому отсчитал пятьдесят семь рублей монетами, высыпал их на стойку.

Ох, не дешево жить в такой гостинице, совсем не дешево…

– Депозит не зажми потом, – сказал взявшемуся пересчитывать золото портье.

– Не извольте беспокоиться. Заведение мы солидное, купеческое, вернем до грошика.

Кто-то толкнул меня в бок, я обернулся. Орри протягивал мне кучку монет в ладони – плату за свой номер.

– Не, не возьму, – мотнул я головой. – Ты к нам присоединился, так что плата на мне.