— Мы хотели сказать, что не планировали шляться по барам и рассказывать о старых подвигах в пьяных компаниях, — добавил Артем.

— Это часть бизнеса, — хитро улыбнулся Биджар. — К тому же, если я правильно понимаю ситуацию, некоторые гости предлагали вам контракты?

— Мы отдыхали, — скупо ответил Кортес. — И отказывались от предложений.

Они походили друг на друга: подтянутые, поджарые, широкоплечие — не громоздкие, но производящие впечатление. И спокойные. Наемники излучали то тяжелое, непоколебимое спокойствие, которое дает настоящая уверенность в себе. Не петушиный гонор, а холодное, расчетливое осознание собственной силы. При этом нельзя было ошибиться в том, кто из них отдает приказы: и в голосе и в жестах Кортеса читалось — вожак. Не назначенный руководитель, а признанный лидер.

— Откровенно говоря, Биджар, мы не рассчитывали, что ты растрезвонишь о нашем намерении провести отпуск на острове по всему Тайному Городу, — произнесла Яна. — Когда потянулись желающие познакомиться поближе и выпить по рюмашке в баре под пальмой, Кортес даже подумывал уехать…

Высокую, стройную и элегантную Яну трудно было назвать красивой, скорее — сумасшедше красивой. Она привлекала взоры всех мужчин, способных увидеть ее подлинный облик. Точеные черты лица, красиво очерченные губы, изящный носик, и глаза… большие, миндалевидные, наполненные тяжелым золотом Кадаф. И черная татуировка на лишенной волос голове — личная подпись Азаг-Тота. Яна была последней в мире гиперборейской ведьмой, одной из легендарных наложниц ненависти, сумевшей вырваться из-под власти Великого Господина.

— И почему остался? — с искренним интересом осведомился шас у Кортеса.

— Не в моих правилах отступать, — буркнул наемник.

— Вот и хорошо, — заулыбался Хамзи. — Я знал, что могу на вас положиться.

— Но о том, где мы будем отдыхать в следующий раз, ты не узнаешь.

— Если это будет не мой отель, то мне и неинтересно.

— Тогда покажи баланс за последний месяц.

— Ты все о делах, да о делах, — посетовал шас и посмотрел на часы. Потом подумал, включил один из мониторов и уставился на ряды цифр.

Встреча друзей закончилась, притормозивший было локомотив вновь начал разгон.

— Баланс, — напомнил наемник.

— Вот. — Не сводя глаз с монитора, шас протянул Кортесу стопку листов. — Обратно торопишься, что ли? Под пальмы?

— Нет, сегодня мы останемся в городе.

— Собираемся к Птицию на премьеру, — добавила Яна.

— Говорят, ожидается грандиозное шоу, — улыбнулась Инга.

— Знаю, знаю, — пробубнил Биджар. — Птиций у меня кредит на постановку брал…

— «Терракотовые одалиски», — уточнил Артем. — Что-то сногсшибательное.

Наемники говорили столь жизнерадостно и убедительно, что Хамзи, начавший погружаться в дела, не почувствовал фальши.