Подданные всесильного барона Бруджа не отказывали себе в удовольствии обсудить бурную личную жизнь дочери сюзерена, и искренне недоумевали, почему два последних месяца обошлись без скандальных развлечений и странных любовников. Столь длительная пауза настораживала любителей почесать языком, заставляла выдвигать самые невероятные гипотезы, которые, благодаря хорошей работе службы внутренней безопасности, сразу же становились известны Клаудии.

— Масаны боятся, что тебе все наскучило?

— Осторожно надеются, что я повзрослела. — Девушка закрыла глаза. — А в основном предполагают, что отец решил выдать меня замуж, связать кого-то из истинных кардиналов династическим браком.

Очень характерная сплетня. Сто-сто пятьдесят лет назад даже записной враль счел бы подобное предположение чересчур фантастичным.

— Всем надоели раздоры.

Клаудия тихонько вздохнула, замолчала. Захар лежал на спине, одной рукой он обнимал девушку, другую заложил за голову, и с удовольствием разглядывал отражение любимой в закрепленном над кроватью зеркале. Изящная фигура: тонкие ноги, узкие бедра, небольшая грудь, ломкая линия плеч. Клаудия казалась хрупкой, но первое впечатление обманывало: ей нравилось играть в манерность, скрывать внутренний стержень за показной слабостью. На узком лице — огромные глаза, в обрамлении длинных, пушистых ресниц, остренький, чуть вздернутый носик, тонкие губы, те, кому доводилось видеть барона Бруджу, с трудом верили, что красавица — его дочь.

— Почему ты заговорила о слухах? — негромко спросил Треми. — Смущает, что в клане узнают о нас?

На губах девушки появилась легкая улыбка:

— Не узнают. Хотя… — Она стала чуть серьезнее. — Такая новость взорвет клан.

— Сейчас — взорвет, — уточнил Захар.

Он поймал себя на мысли, что мечтает о дне, когда сможет публично назвать Клаудию своей женщиной. Нет — своей женой. Избранницей. Что сделает все, чтобы их красивые, но секретные свидания остались в прошлом, и они смогли жить вместе. Просто жить вместе. В одном доме.

Саббат и Тайный Город, два полюса семьи Масан, между которыми протянулись кровавые меридианы гражданской войны. Сотни лет назад вампиры разделились на тех, кто принял Догмы Покорности, и тех, кто продолжил свободную жизнь в ночи, не признавая власти Великих Домов. Клаудия была дочерью барона Бруджа, истинного кардинала, стоявшего у истоков Раскола. Захар — сыном Силы Треми, безжалостно истреблявшего отступников по приказу Темного Двора. Стоит ли говорить, как бы отреагировали рядовые масаны, узнай они об их связи?

Девушка потерлась щекой о плечо Треми.

— Иногда мне кажется, что те, в ком нет сумасшедшинки, не способны быть счастливыми.

— Слишком пресная жизнь.

— Они видят в этом счастье. Спокойствие и благополучие.