Из сотрудников на месте только двое — начальница и еще одна женщина. Ну и где этот беременный тролль? Решила спрятаться? Чувствует, что голову откручу, если найду?

— Здравствуйте, Тимофей Андреевич! — расплылась в деловой улыбке Елена Леонидовна, излучая настороженный интерес. Я здесь строго по делу,  но палиться не хочу. Не хватало еще разговоров за спиной, с меня Викиных бредней хватило. Поэтому спрашиваю сурово:

— Миронова где? — и папкой для убедительности трясу. Неважно, что у меня там черновики сложены и на фиг я это с собой взял вообще не понятно. Но со стороны выглядит так, будто у меня в руках важнейшие документы и я ими недоволен.

От моего тона они подобрались, притихли, а начальница произнесла угодливо:"

"— Наташи сегодня нет, Тимофей Андреевич.

— Нет? — вскинув брови, глянул на нее так, что затряслась, едва со стула не упав,  — и где бродит ваш сотрудник?

— Ее в больницу положили, — заикаясь, ответила, нервно воротничок блузки поправляя, — по скорой ночью увезли. Угроза у нее.

— Какая? — туплю адски, а в ушах шум нарастает, но гневную маску держу идеально.

— Выкидыша, — совсем тихо поясняет она, покраснев до кончиков волос.

— Понятно, — роняю недовольно, и, резко развернувшись, иду к выходу.

Собранный, деловой, раздраженный... вплоть до того момента, как выхожу в коридор и захлопываю за собой дверь.

Вот тут накрывает! Аж руки затряслись.

Какого хрена ничего не сказала? Глупая.

Выуживаю из кармана телефон и набираю ее номер, ошибаюсь от волнения и снова набираю. Абонент — не абонент. Телефон отключен.

Опять набираю. И опять. Как заведенный. А у самого внутри гудит от волнения.

Черт! На хрена я ей ночью понаписал всего этого дерьма??? Только расстроил...

Снова стыдно стало до такой степени, что сердце сдавило и кровь от щек отхлынула. Она же беременная! Вся на эмоциях! И я такой грозный, с наездом.

Пересрался, что на свободу мою покушается, что чего-то ждет, требует внимания, строит коварные меркантильные планы, вот и вывез петицию, в надежде поставить ее на место.

Поставил, твою мать!

Дозвониться до Натальи так и не смог. То ли игнорировала, то ли не до разговоров ей было. Фантазия тут же нарисовала ее в палате, на белой койке, вокруг капельницы и тихо пищащие приборы, а вокруг врачи со скорбными лицами ходят. Тряхнуло неслабо, когда в очередной раз звонок сорвался, поэтому без раздумий к себе в кабинет вернулся чтобы одежду взять.

— Сегодня меня нет, — на ходу бросил притихшей помощнице, удивленно взирающей на меня поверх очков, и ушел. Вернее убежал.

Срать на все. Никуда эта работа не денется!

Пока на парковку спускался, успел набрать Олегау, с просьбой выяснить, куда увезли Наталью.