Меня она не замечала, ибо была полностью поглощена творческим процессом, а я так и замер на пороге, глядя на нее во все глаза. У меня аж от сердца отлегло.

Не сбежала. Готовит. Поет. На моей кухне.

И мне это нравится. Все, хрен ей, не отпущу, даже если силой вырываться начнет. Ели понадобиться — ремонт в ее квартире будет идти вечно.

— Это худшее, что я слышал в своей жизни,— усмехаясь, лениво хлопаю в ладони,  привлекая к себе внимание.

Наталья обернулась ко мне и, слегка поклонившись, расплылась в чуть смущенной улыбке:

— Спасибо. Я старалась, как могла!

— Решила и моих соседей довести?

— Конечно, а то больно тихо вы тут все живете.

Думаю, скоро это изменится. Появление Мироновой не останется незамеченным.

— И не говори-ка. Что у нас на ужин? — обалдеть, вот уж не думал, что когда-нибудь буду такие вопросы задавать.

— Э-э-э-э-э, — тянет она, задумчиво почесывая кончик носа, — я не знаю, как это называется, но будем считать, что овощное рагу. В общем, я его слепила из того, что было, а потом чем было, тем и накормила, — ловко переиначивает слова старой песни.

— Здорово, — мысленно делаю пометку завтра же съездить в супермаркет и забить холодильник по полной. Их кормить нормально надо: мясо там всякое, фрукты, овощи.

— Как дела на работе? — интересуется, когда мы уже поужинали и пили чай.

— Отлично, — про ремонт я ей пока не собирался говорить, мне хотелось потянуть время, чтобы ее не отпускать. Хотел, чтобы она пожила у меня, привыкла, и сама не захотела никуда уходить. — Дел много, но все идет по плану.

— Завидую, — Наталья с легкой улыбкой кивает, — а я не знаю чем заняться. В декрете не так весело, как казалось раньше.

— Отдыхай, набирайся сил. Потом не до сна будет.

— Так-то да, но скучно.

— У меня большая библиотека. Посмотри, возможно, найдешь что-то интересное для себя.

— Мне неудобно, — она жмет плечами, — я и так у тебя в гостях, стесняю своим присутствием.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ерунды не говори, ничего ты меня не стесняешь. Книги в кабинете…дальше по коридору и налево. Можешь там хозяйничать.

Она лишь лукаво улыбается:

— Сам напросился. Я ведь так похозяйничаю, что мало не покажется.

От ее грозного тона душит смех. Тролль как всегда бесподобен.

Дальше проходит самый необычный вечер в моей жизни.

Она как-то по-простому, по-свойски суетится у меня на кухне, я помогаю ей наводить порядок, а потом сидим в гостиной и смотрим телевизор. И все это получается так просто, так естественно. Так правильно и одновременно странно.

В моем доме хозяйничает женщина, от которой, как выяснилось, я без ума.