Максиму уже не поможешь…

– Наверное, это наказание за наш образ жизни…

– Ну, хватит! – собрав все силы, рявкнула я – невыносимо видеть старшего брата в таком разобранном состоянии. – Хватит себя жалеть! И хватит – слышишь! – хватит оправдываться за то, кого ты любишь и как это делаешь! Мне вот все равно – и к Максиму я относилась хорошо, мы дружили! И мне неважно, что он любил не девушку, а моего старшего брата! И ты не смей – ведь предаешь его!

Семен отстранил меня, сел очень прямо, вытер глаза и проговорил:

– Ты совсем уже взрослая, Сашка. Взрослая и умная, мне и в голову не пришло бы то, что ты сейчас сказала.

Ведь действительно – я сейчас веду себя как предатель… А нужно заниматься похоронами, у Максима никого нет, кроме меня… не было. Он из детдома.

Я знала. Однажды Максим рассказал мне о детстве, проведенном в маленьком интернате города-спутника. Именно там он, худенький, слабый и по-девичьи симпатичный, впервые подвергся насилию одного из старшеклассников. Это продолжалось довольно долго, а потом Максим начал испытывать отвращение к женскому полу, которого не мог себе объяснить. Словом, с тех пор его партнерами были только мужчины.

С моим братом он познакомился в ночном клубе, и завязалось. И вот теперь Максима больше нет, а мне отчаянно жалко Семена.

– Не нужно, Сашура, – вздохнул Семен. – Не хватало еще, чтобы отец узнал. Все равно не будет никаких церемоний – я тихо похороню его, и все. Потом, если захочешь, приедешь на могилу. Но это необязательно.

Я понимала, о чем говорит брат. Практически каждый мой шаг контролировался папиной охраной, и Семен не хотел, чтобы необдуманным поступком я навредила себе.

– Как скажешь. Можно, я у тебя переночую? – хмуро спросила я.

 – Никакого желания домой ехать, когда там этот… – Тут я запнулась, понимая, что сейчас не самое лучшее время для обсуждения моих любовных терзаний.

– Акела? – спросил Семен, удивив меня. – И что он тебе? Машет палкой по утрам, уезжает с отцом, приезжает с ним же – и к себе. Вроде как не докучает особо.

«А мне как раз хочется, чтобы докучал», – подумала я, царапая ногтем кожу брюк, но не стала говорить вслух.

Семен постелил мне на диване – я всегда спала там, если вдруг оставалась ночевать, мне очень нравилась эта комната в темно-синих тонах, с белой отделкой.

Огромный удобный диван напоминал по форме ракушку, из которой выдвигалось спальное место, мягкий синий ковер под ногами, полупрозрачная синяя органза на окнах, а сверху – белые портьеры до пола. И много морских пейзажей на стенах – Семен очень любил море. Здесь я чувствовала себя спокойно.

Однако сегодня мне совершенно не спалось, я ворочалась на диване, садилась, поджав ноги, пыталась читать книжку, найденную на журнальном столе, но ничего не помогало.