Я понимаю, что сейчас он нездоров, — деликатно добавил он, старательно избегая моего взгляда.
Ясно, что Ангус Макдональд не удержался и рассказал всем о моем визите и разговоре с принцем.
— Он действительно болен, — беспомощно произнесла я.
Меньше всего мне хотелось, чтобы Джейми покинул сейчас постель и всю ночь просидел с Камероном и Лохиелем, обсуждая разведывательные донесения. Это равносильно танцам на балу с дамами всю ночь напролет. А может, вовсе и не равносильно, поправила я себя, вспомнив трех барышень Уильямс.
— Уверена, что он навестит вас, как только сможет, — сказала я, плотнее запахивая полы своего плаща.
Я действительно передам — завтра или послезавтра. Где бы сейчас ни находились английские войска, я уверена, что не ближе чем в ста милях от Эдинбурга.
Когда, вернувшись домой, я заглянула в спальню, то увидела на кровати под ворохом одеял две неподвижные фигуры. В комнате слышалось размеренное дыхание. Я успокоилась и, сняв плащ, присела в гостиной с чашкой горячего чая, куда добавила небольшое количество медицинского бренди.
С удовольствием попивая чай, я чувствовала, как медленно и приятно теплеет в груди, как тепло распространяется по всему телу, достигает ног, замерзших после прогулки по внутреннему двору и многочисленным лестницам и неотапливаемым переходам.
Я прижала чашку к подбородку, вдыхая приятный, слегка горьковатый аромат, чувствуя, как горячие пары бренди согревают мне грудь. Вдыхая их, я задумалась над тем, каким образом мне удается не заболеть, когда в городе, да и в самом дворце свирепствует инфекция.
Действительно, последний раз я болела простудой в детстве и совсем не болела после того, как прошла через каменный круг.
Кое-что было вполне объяснимо. В свое время мне были сделаны прививки от некоторых болезней. Я не могла заболеть, например, оспой, тифом, холерой или желтой лихорадкой. Нынешняя инфекция была мало похожа на желтую лихорадку, но все же… Я отставила чашку и пощупала через одежду мою левую руку.
Я вздрогнула, вспомнив о Джейлис Дункан, отогнала прочь эти мысли и вновь принялась размышлять о собственном здоровье, чтобы не думать о сожженной на костре женщине или о Колуме Маккензи, отправившем ее на костер.
Чашка была почти пуста, я встала, чтобы вновь наполнить ее.














Комментарии
Добавить комментарий