Все Вашкины, которые вчетвером создавали впечатление большой толпы. И хмурый Йохен, оказавшийся вдруг недостающим звеном в мужском богатырском трио: Кузьмин-Вашкин-Ратт. Хоть картину с них пиши.

Кира, обычно бойкая и неугомонная, тихо стояла в зале вылета рядом с немцем, опустив руки и голову. Куда делся её боевой задор и болтливость, не ясно.

Лёля дёргала Кузьмина за рукав, указывая взглядом на притихшую подругу.

— Оставь её. Ей надо переварить информацию. Йохен — это слишком много энергии сразу. Как солнечный удар. Понимаешь? — шептал Шура, поглаживая большим пальцем середину её ладони.

Лёля дурела от его близости и нежных прикосновений. Голова совершенно ничего не соображала после вчерашнего вечера, умопомрачительной ночи и не менее сладкого утра.

В Москве Виртанен отказалась от предложения закинуть её домой и вызвала себе из Шереметьево отдельную машину. Горячо и порывисто обняла сначала Шуру, а потом Лёлю.

Склодовская только успела заметить побелевшие костяшки пальцев, сжимавшие ручку дизайнерской сумочки и полное отсутствие косметики на лице. Хотя в самолёт Кирка точно села с макияжем. Значит плакала.

Дома они оказались глубокой ночью. Шура запретил Лёле разбирать чемодан. И почти насильно запихнул в душ, а потом и в кровать. Спать.

— Всё. Моя. Меня будешь слушать, женщина, — приговаривал, укрывая её одеялом и выключая свет.

Лёля лежала, не шелохнувшись. Сна не было ни в одном глазу. Короткая летняя ночь накрыла город. В Москве было прохладно, дождливо и ветрено. После душноватого солнечного Поморие это приносило облегчение.

Она разглядывала Шуру. Дыхание у него было ровным, лицо расслабленным.

Неожиданно сильная рука обхватила её за талию. Лёля охнула. Оказалась прижата к постели тяжёлым телом.

— Не хочешь спать, солнце? — щурился Шура, — Ты хоть понимаешь, как на меня действуешь? Ммм? Мой личный наркотик! Невозможно оторваться!

— А ты собирался отрываться? — дразнила и притягивала к себе.

Громко хлопнула форточка. Нарастающий шелестящий шум возвестил, что пошёл ливень. Громыхнуло сначала где-то вдалеке. Ветер застучал ветками деревьев. Вспыхнула молния, осветив комнату и два сплетенных тела. Гром грянул так, что сработали сигнализации у машин.

Но никакая стихия уже не могла остановить любящих. Ничто не могло оторвать их сейчас друг от друга.

Катя Кузьмина прилетала уже завтра. Её отправляли одну с сопровождением представителя авиакомпании. От предложения Александра прилететь в Стокгольм и забрать Катю лично Вера почему-то отказалась. Видно были свои причины.

Встречать дочь в аэропорту Кузьмин должен был сам. Без Лёли. Договорились, что они проведут первый день только вдвоём. Отец и дочь. И уже следующим утром приедут в школу подавать документы.