Труп Беатриче просто зароют в землю, а его разберут по винтику, с тем чтобы изучить и скопировать на конвейере какого-нибудь военно-промышленного комплекса.

Сбывалось то, о чем когда-то предупреждала его Мать…

Полковник Шнайдер не учел только одного: Райвен не был РОБОТОМ, он представлял собой нечто в тысячи раз сложнее.

Решение пришло к нему за доли секунды.

— Вот хрен вам, ребята… — прохрипел разорванный динамик аудиосистемы. — Вы будете лечить Бет, причем сделаете это очень старательно… Я не оставлю вам выбора.

Патрульные боты уже зависли над поверженной боевой машиной, заключив ее в ослепительный круг света, когда в покалеченной броне Райвена вдруг со скрежетом открылся люк, и дымный выхлоп катапульты швырнул кресло с умирающим пилотом по низкой дуге. Сверкнув в лучах прожекторов, оно улетело во тьму.

На пульте управления Райвена горел один-единственный крохотный огонек, под которым мерцала зловещая надпись:

В следующую секунду страшной силы взрыв потряс приземистые здания грузовых терминалов.

В рубке управления патрульного бота взбешенный полковник, глядя на бесформенные, потерявшие всякий практический смысл уродливые останки, склонился к микрофону.

— Найдите мне капсулу катапульты! Немедленно! — прохрипел он. — Если пилот умрет, я с вас шкуру спущу!

Помещение, куда привели Беат, оказалось самой тривиальной комнатой для допросов. Голые серые стены, пластиковый стол, два стула и неизменные зрачки видеокамер по углам. Впрочем, ничего другого она и не ожидала.

Напрягаться, чтобы придать себе безразличный вид, ей не потребовалось — Беат чувствовала себя настолько погано, что любые эмоции терялись на ее бледном, изможденном и осунувшемся лице. Ну, а лихорадочный блеск глаз молодой женщины можно было принять скорее за безумие, чем за волнение…

За столом сидел тот самый человек, что был повинен в смерти Райвена, — это она определила по голосу, как только полковник заговорил, сухо и отрывисто, словно рвал на клочки лист бумаги:

— Меня зовут Отто Шнайдер. Мы с вами уже имели удовольствие встречаться несколько месяцев назад… надеюсь, помните, мисс Блейз? — с издевкой произнес он.

Беат подняла голову, зло посмотрев в пустые, рыбьи глаза своего тюремщика.

— У меня есть личный адвокат, — отрезала она. — Я уже сообщила вашим людям его электронный адрес.

— Я в курсе… — Полковник выразил ровно столько же эмоций, сколько и стол, за которым он восседал. — Боюсь, что вы, мисс, не до конца отдаете себе отчет, куда попали…

— Разве вы не представились? — попыталась съязвить она, в то время как холодные мурашки предательски пробежали по ее спине.

— Это была маскировка… — развел руками полковник, подтвердив самые худшие опасения Беат.