Хотя знакомства-то как такового не было. Он – клиент, она – официантка. Все в рамках.

Камилла вспомнила Каретникова и невольно сравнила его с этим сероглазым брюнетом. Представила себе поцелуй его мягких теплых губ… машинально, как сделала бы это любая женщина при виде такого мужчины.

– Когда у вас заканчивается смена? – с видом заговорщика спросил он.

– Поздно, – нехотя ответила она.

– Можно, я заеду за вами?

– Почему? Я вам не нравлюсь?

– Я вас не знаю. – Она все же спрятала деньги в кармашек синего форменного платья с матросским воротником. В нем Камилла выглядела бы рослым миловидным юнгой, если бы не заплетенные в модные косички кудри.

Волосы, не до конца захваченные в косички, пышно рассыпались по ее плечам.

– Это легко исправить. Меня зовут Роман.

– Извините, меня ждут. – С легким вздохом она повернулась и зашагала к барной стойке, перебросилась парой слов с барменом, который смешивал коктейли для парня с девушкой. Судя по виду, это были служащие из соседнего офиса. Они зашли перекусить в обеденный перерыв и заодно пофлиртовать. Официантка отошла от стойки и направилась в кухню.

Брюнет поймал ее торопливый взгляд и подавил торжествующую ухмылку.

Камилла сама не ожидала, что заинтересуется кем-то еще, кроме Каретникова. Ей всегда хотелось более зрелого и опытного мужчину, который бы не только любил ее, но и опекал. Возможно, у нее была потребность в покровителе, ведь она росла без отца.

Брюнет оказался так хорош собой, что девушка продолжала думать о нем до самого вечера. Она уже не знала, чего ей хочется больше: опеки или романтики. Камилла гнала от себя крамольные мысли, но навязчивый образ преследовал ее. Она два раза напутала с заказами и, укрывшись в подсобке, позвонила любовнику, чтобы услышать его голос.

Это была вынужденная мера.

«Я еще занят, – коротко бросил Каретников. – Перезвоню. Ужасно соскучился. Целую!»

Раньше бы она обомлела от его слов, но сегодня что-то изменилось. Вместо радостного возбуждения она ощутила досаду. То, что Каретников занят, не удивило ее. Он обычно переносил свои дела на ту неделю, которая была у Камиллы рабочей. Чтобы быть более свободным, когда она выходная. Он не скрывал, что женат и любит своих детей. Камилла ни на что не претендовала.

Ей было и так хорошо. Она еще не готова для серьезных отношений. И сладостно-тревожное чувство, которое возникло у нее от прикосновения и слов Романа, подтверждало это.

Вечером, когда в «Крабе» яблоку негде было упасть, он появился снова. Уверенный в себе, раскованный, подтянутый. Ни грамма жира, – сплошные мышцы. Если бы он подрался с Каретниковым, тому пришлось бы туго.

Камилла нарочно не подходила к стойке, где бармен наливал брюнету томатный сок.

«Он за рулем, – догадалась девушка.