«Нужно не дать зажать себя в клещи, нужно отстреливаться!» Гробовой снова сделал бросок в сторону, затем поднял голову и дал две очереди в сторону немцев.

Ход оказался неудачным. Сейчас фашистов скрывал высокий кустарник, и Федор не знал, попал он в кого-нибудь или промахнулся. Нужна хорошая позиция, на которой он мог бы продержаться какое-то время, чтобы осмотреться и принять решение. Погибать здесь смысла не было, нужно выбираться. Но для этого надо знать, сколько немцев его окружают, в каком месте они сосредоточились. И наметить путь отхода.

Небольшой бугорок с толстой раздвоенной березой, один ствол которой расщепило и свалило снарядом, вполне подходил для позиции.

Гробовой подполз к убитым немцам, подтянул к себе за ремни два «Шмайсера», затем вытащил из подсумков восемь магазинов и рассовал их по карманам и за пазуху. К сожалению, гранат он не нашел.

Оставалось обыскать убитого офицера в поисках документов подполковника Васильева, но сделать этого немцы не давали. Снова заплясали неподалеку фонтанчики, несколько пуль свистнуло возле его головы. Гробовой вскочил на ноги, дал длинную очередь в сторону немцев и в два прыжка преодолел расстояние до березы.

Он упал на землю и скатился в яму под корнями. И тут же в ствол угодило несколько пуль. На голову ему посыпались сухая листва и кусочки коры. Вытерев лицо, Гробовой подполз к дереву, выставил из-за ствола автомат и прицелился.

Теперь у него была приличная позиция, можно было вести бой на равных. Короткая очередь, еще одна, еще! Немец ткнулся лицом в землю. Снова очередь – и еще один фашист повалился. Гробовой сменил магазин в своем автомате – последний, потом придется стрелять из «Шмайсеров».

Снова несколько пуль попали в дерево. Федор заметил, как два фашиста пытаются подобраться к нему слева. Он переместился, прикрываясь стволом дерева, и первой же очередью застрелил одного. Второй немец упал и стал отползать, меняя позицию. Пока он был виден, Федор двумя короткими очередями прикончил и его.

Пуля ударила в икру. Гробовой сначала не ощутил боли – лишь тупой толчок, но потом как-то сразу ногу пронзила нестерпимая острая боль, в сапоге стало мокро. Выругавшись, Федор упал и переполз вправо от ствола.

После первой же очереди замолк «ППС», бросив его, оперативник схватился за трофейный «Шмайсер». Сухими хлесткими очередями он уложил еще одного и отогнал нескольких фашистов. «Черт! Сколько вас там».

В начале боя Федор насчитал всего человек пять, но теперь ему казалось, что их количество увеличилось. «Неужели это все? Неужели тут я и останусь? Как обидно! Как нелепо, ведь надо выполнить задание…»

В голове стало шуметь. Надо стащить сапог и перевязать рану. Кровь течет, силы уходят. Но немцы полезли снова.