Или убивайте уже, или слезьте. Мне больно.

Дим, разом окинув подмятое под него тело, усмехнулся.

— У меня есть еще один вариант, — пробормотал он, рывком стянул с девичьего плеча лохмотья одежды и сомкнул на тонкой коже клыки.

А по телу — разряды электрического тока. Такие мощные, что, кажется, Дим ослеп и оглох.

Сил хватило только на то, чтобы так же рывком стянуть водолазку с себя и вновь пригвоздить девчонку к полу.

— Ну же! — поторопил он, глядя в глаза, полные слез, — Живо кусай, или, к чертям, разнесу здесь все!

— Кусать? — переспросила девчонка дрогнувшим голосом.

— Да твою ж мать клыкастую! — простонал Добромир и, подсунув ладонь под девичий затылок, со всех сил впечатал голову Фаины в свое плечо. А зверь уже рвал контроль на себя. Дим чуял, что вот-вот уступит. Потому что сил не хватало. Он ведь ни хрена не сильный, как Тихомир или Радмир. Он ведь легко поддается мозгоправам. Он — слабак, еще с детства кто угодно мог ковыряться в его башке. Потому и зверь всегда был сильнее его человеческой сущности. Даром, что он сейчас вожак. Без покровительства Верховного и помощи Макса хрен бы он удержал власть.

Острые, совсем крохотные клыки хищницы вонзились в его плечо.

И теперь он уже не мог ждать. Все отступило на задний план. Была только эта девчонка, пахнущая корицей, и его желание оказаться в ее теле, пусть от него и разило грязью, и когда она там мылась в последний раз — не понять, да и ясно, что давно уже не девочка. Потому что место, откуда он ее вытащил, не признавало чистоты.

Вольнов, удерживая голову Фаины у своего плеча, не позволяя ей разжать зубы, приподнялся и избавил ее от штанов.

Девочка только замычала, пытаясь что-то сказать. Но Диму не хватало сил воевать еще и с ней. Ему хватало напора зверя, который рвался на свободу, чуя, что через считанные секунды контроль навсегда перейдет в руки человеческой сущности хищника.

Все произошло слишком быстро. Добромир не успел толком понять, а уже рывком погрузился в узкую, тугую, обжигающую плоть. Невероятно тесно было внутри. А сама девчонка прогнулась под ним, откинув голову назад, и громко закричала.

— Ох ты ж! — самое цензурное, что смог выдать мозг Вольнова.

Черт! Наверняка, он ее только что убил своим членом. Разорвал на две половины, не иначе. Чувствовал ее боль и свою жажду.

А зверь отступил, оставив попытки перетянуть контроль.

А потом — ни единой мысли. Потому что тонкие руки легли на его затылок, а хрупкие, почти невесомые пальцы зарылись в волосы.

Дим понимал, что этого просто не может быть. Ведь не может? Как Фаина умудрилась не потерять невинность? Как умудрилась выжить в том мире, который ломал самых сильных хищников?

И девочку стало невероятно жалко. И он тут к ней со своей меткой и без всякой подготовки.