А творог все-таки съедаю с фруктами.

На улице становится еще жарче, и наверное, до середины сентября так и будет. Поднимаю волосы в высокий хвост, надеваю легкое платье, под него топ. В таком виде мне дашь не больше двадцати. Смотрюсь совсем девчонкой.

Летом я всегда предпочитаю не краситься, к тому же, когда-то мне сказали, что я без косметики смотрюсь лучше, чем с ней.

Предусмотрительно хватаю назначения врача, чтобы заскочить в аптеку. Как говорится, даже когда ничего не обещают, стоит верить хоть во что-то, чтобы не сойти с ума.

А вот выходя из квартиры, подозрительно кошусь на дверь напротив. То есть, мой сосед Юра Шолохов, он же мой студент, да? Вернее, курсант.

Ладно, просто надо не думать об этом, как и о его чрезмерном внимании к моей персоне.

В конце концов, гормоны бушевали в тот момент, а сейчас все иначе. Секс у него явно теперь есть, так что не думаю, что я представляю хоть какой-то интерес, кроме дружеского. Да?

А этот флирт всего лишь развлечение молодого парня, который понимает свое влияние на женщин. Уверена, что стреляет глазами он всегда, а блядская улыбка — неизменный атрибут общение с любой.

Прошло два года, утекло много воды, ты стала другой, он тоже.

Детская влюбленность заканчивается, когда ты смотришь на предмет вожделения с высоты прожитого времени.

Когда-то он шептал мне, что заберет меня у него любой ценой, а сейчас может брать любую, уверена, что каждая будет при этом визжать от восторга.

Потому что есть ради чего визжать, если положить руку на сердце.

Уже практически возле машины сталкиваюсь с какой-то девушкой. Она смотрит на меня печальным взглядом, неуверенно подходит и молчит. Словно призрак увидела. Мне же в принципе не понятно, что тут происходит. Наверное, она меня с кем-то спутала.

Я обхожу ее, чувствуя какой-то странный ужас, скатывающийся по спине. Так смотрят только если точно знают человека. Может больная?

Да нет, одета прилично, ухожена. Волосы темные, как у меня, глаза огромные, губы аккуратной формы. Все свое, кроме наращенных ресниц и прорисованных бровей, но у нее все это смотрится вполне гармонично.

—Ты…— хмурится, но ко мне не подходит. Зато встает ровно у водительской двери ауди.

Так. Ты. Я почти уверена, что не знакома с ней.

—Извините, мы знакомы? — неловко улыбаюсь, сжимая в руках папку с документами. Впервые вижу ее и даже не представляю, какой интерес могла бы у нее вызвать.

А девчушка и правда сейчас расплачется. Голову опускает и, отрицательно махнув, разворачивается рывком. Резкими движениями уходит, плечи опустив. Складывается стойкое ощущение, что она если не убита горем, то очень расстроена.

Я же так и стою, всматриваясь ей вслед под палящим августовским солнцем.

И что это было такое?

Решаю, что, вероятно, она и правда ошиблась, что кстати бывает.