Конечно, боль постепенно притупляется, но не проходит, - мне казалось, что это всем известная истина.

- Зато рана не открывается снова и снова, - возразил олс Софф.

Умный все же мужчина. Не зря его Владка с первого взгляда разглядела. Так могла ли я сейчас подвести подругу и упустить его? Не-е-е-ет! Не могла!

- Дело в том, что вы с Эшуа олс Роком любите двух разных женщин, - почти выдохнула я, вглядываясь в суровое и в то же время привлекательное лицо. – Вам милее простая женщина, Владислава Власова, а инсин… он Богиню любит, а она его…

- Вот видите, Медник… Ответ найден, и уйти проще, чем остаться, - пожал плечами ректор.

- Ошибаетесь. Всегда можно найти разумный выход из сложившейся ситуации, даже если она кажется патовой, - тут же возразила я.

- Какой же выход, если не осталось ходов? – спросил Эшуа.

Да, действительно, в шахматах – никакого, если играть честно, но интуицию и находчивость никто не отменял. Да и жизнь – это не шахматы.

- Например, перевернуть доску, - ответила инсину, а потом обратилась ко всем мужчинам: - Вы не могли бы оставить нас с девочками наедине?

То, о чем я собиралась говорить, очень личное. А для подобных бесед лишние свидетели не нужны.

- Агни? – эггер тут же оказался рядом. Мой командор… Он чувствовал мою неуверенность и даже страх, но отступать я не собиралась.

- По какому праву ты распоряжаешься здесь? – да, Оюн больше не плакала, скорее, злилась, но у меня были веские аргументы.

«Разве ты не хочешь, чтобы все были счастливы?» - глядя в сияющие глаза, подумала я.

«Все? Так не бывает!».

«Откуда тебе знать? Разве ты была когда-нибудь счастлива?».

«Я всегда выполняла долг!».

«Ты была когда-нибудь счастлива?».

«Всегда приходилось чем-то жертвовать!».

«Ты была когда-нибудь счастлива?».

Так я и знала. Теперь она выслушает меня до конца или умрет от любопытства, потому что о таком не говорят и не думают. Это даже сформулировать сложно. Можно лишь верить и ощущать.

- Эли, пожалуйста, дай нам поговорить. Она мне ничего не сделает, - попросила я, а про себя добавила: - По крайней мере, пока.

- У тебя есть десять минут, Агни, - выдохнул мне в затылок командор. – И… Я тебя чувствую. Пожалуйста, не закрывайся от меня.

- Ни за что на свете! – шепотом пообещала я, закрываться я собиралась от другого существа, более древнего.

Эшуа не сводил глаз с Богини, и только когда та ему кивнула, пошел к выходу. За ним резиденцию покинули Эли и ректор. А я представила свою любовь к Амакиру в виде сияющего шара, ослепительного, яркого до боли. И моя задумка сработала!

- Странно, я почему-то не могу прочесть твои мысли, - произнесла Оюн.

- Знать чужие мысли не всегда хорошо. Люди так часто думают о плохом, что можно утратить веру в хорошее и доброе, - ответила ей я.

- Верно… - Богиня встала и медленно направилась ко мне.