Тебе нужен вызов, нужен равный, тот, кто вытащит наружу твою настоящую сущность. Эта сущность, которую ты так старательно прячешь и которой стыдишься, Таша, — она прекрасна. С Айзеком ты восковая кукла, а в тебе есть столько огня. Просто выбери меня, и это будет правильно. Ты можешь настроить против себя весь мир, и я всегда буду сражаться на твоей стороне.

— Я рассказала Айзеку о нас, Джейден, — будто не слыша меня, бесцветно произносит Таша. — Он меня простил. Фирма наших родителей открывают офис в Орландо, и после выпускного он переезжает туда. Я согласилась лететь с ним.

Я мотаю головой, пытаясь не дать ей сбить себя с мысли. Какой Орландо? Какой офис?

— Таша. Ты слышишь, что я говорю? Ты все, что у меня есть. Единственный человек, благодаря которому я выживал все эти годы. Я люблю тебя. И, черт подери, знаю, что это чувство взаимно, даже если ты сама себе в этом не признаешься. Потому что я знаю тебя. Ты принадлежишь мне, также как я тебе. Не позволяй другим людям принимать за тебя решение. Если уж совершать ошибки, то только свои.

— Это мое решение, Джейден, — упрямо повторяет Таша, и ее пальцы стискивают рукава толстовки так сильно, что она сползает с плеч.

— Ты слышала? Я люблю тебя. Мне просто нужно, чтобы ты ответила мне «да». Ты говорила, что у меня все просто и была права. Одно твое слово и будет все. Я мир переверну, чтобы сделать тебя счастливой. Так и будет. Я знаю себя.

— Пожалуйста, хватит, — ее губы начинают дрожать, но она удерживает мой взгляд. — Все эти чувства, о которых ты говорил, их недостаточно для стабильной жизни. Мы несвободны с детства… у нас у всех есть долги и обязанности…

— Это не твои слова. Это какая-то цитата из дебильного учебника. Тебе двадцать два, а ты ведешь себя так словно у тебя за плечами десятилетия голода, и нужно непременно запастись консервами впрок. Просто позволь себе чувствовать! Позволь себе быть со мной. Ты не пожалеешь. Клянусь, ты никогда не пожалеешь.

— Джейден, тебе всегда удавалось влиять на меня, наверное, потому что в моих глазах ты всегда был самым лучшим. Но сегодня не такой день. Я не изменю своего решения. Я устала быть нервной и запутавшейся, и хочу вернуть себе спокойствие.

Я мог бы говорить о своих чувствах часами, но сейчас, глядя на нее, вдруг отчетливо понимаю, что бесполезно. Она не пустит меня. Ворота закрыты, и она больше не со мной. И вместе с этим осознанием боль размером куда больше моего тела поселяется внутри, раздирая внутренности на кровоточащие куски. Мне больно дышать, больно видеть, невыносимо стоять. Но я все же говорю это. То, чего просто не могу не сказать.

— Таша… ты вся моя жизнь.

Она отворачивается. Я оставляю надежде еще три долгих секунды, а потом заставляю себя идти.