В комнате Сэма Саша не могла этого видеть.

– Ты не трогала нож? В смысле, ты его не доставала?

– Нет, я же не хотела оставить свои отпечатки пальцев, – заметил странный ребенок. – Я как следует рассмотрела рукоятку и ушла, притворив дверь.

– А часы? Зачем ты их взяла?

– Прекратите ее терзать, разве вы не видите, что она совсем без сил, – вмешался Игорь Арнольдович.

Рядом с ними, шурша шинами, остановилась «Скорая помощь». Выскочили врачи, бросились к лежащей на земле Саше. Следом подъехала полиция, из которой вылез знакомый опер.

– Последний вопрос, Саша, – сказал Макаров, поднимая Сашу на руки и неся к машине.

 – Ты видела убийцу Сэма? Ты видела хоть кого-то, кто выходил из его номера? Ты знаешь, кто его убил?

– Нет, – ответила девочка, – я никого не видела. И часы… – на этих словах она снова потеряла сознание.

На другом берегу речушки, там, где осталась Даша, притормозили две машины. Из одной выскочили Ольга Тихомирова и Илья, они бросились к обрыву. Из-за руля неспешно вылез Михаил Евгеньевич, оценил обстановку и крикнул передающему девочку врачам Макарову:

– Подмогнуть надо?

– Перебьемся, – ответил Макаров.

 – Ты вон друга своего принимай.

Действительно, Игорь Арнольдович, стучащий зубами от холода, уже спускался к воде, чтобы перебраться обратно.

– Миха, штаны сухие, случаем, не захватил?

– Захватил. И штаны, и макинтоши, и парочку одеял, – пробурчал владелец усадьбы. – Давно живу. Ученый.

Из второй машины вылезла актриса Холодова, оценила обстановку, обняла за плечи Дашу и попыталась усадить в свою машину. Молодая женщина мягко высвободилась, неотрывно глядя на Макарова.

Ее взгляд, казалось, прожигал ему спину.

– Пустите, пустите меня к ней! – Ольга заметалась на краю обрыва, словно грозясь кинуться с него вниз. – Мне нужно ехать с Сашей! Подождите, я сейчас.

– Мама, мама, перестань! Осторожнее, мама, ты упадешь. Да что вы стоите, держите же ее! – Илья, удерживая мать, чуть не плакал. – Ну, сделайте же что-нибудь!

Чертыхнувшись про себя, Макаров сбежал вниз к воде и вошел в реку, ощущая, как холодная вода снова заливается в сапоги, холодит бедра, заставляя задерживать дыхание.

Без тяжелой ноши на руках он преодолел водную преграду в несколько шагов – не так уж широка была эта мелкая речушка, вырвавшаяся из плена державшей ее трубы, – и выбрался на берег с другой стороны.

– Оля, спускайтесь, я перенесу вас на тот берег. И ты, парень, если собираешься с матерью и сестрой ехать, иди сюда. Раздевайся до трусов, одежду связывай в узел и на голову, чтоб не намокла. Не Крайний Север, не успеешь замерзнуть. Или ты простудиться боишься?

– Ничего я не боюсь.