- Я же сказал - ты снова будешь ходить.

Лида всхлипывает. А я мысленно обещаю себе, что за следующие дни все разгребу только самое срочное и прилечу к ней. Хватит.

- Вова, я тебя… - она осекается. Молчит, глядя прямо в камеру, а я додумываю за нее признание, которое так и не прозвучало.

А еще задаюсь вопросом - смог бы я ответить тем же?

- 30 Лида -

Наш несостоявшийся секс по телефону больше не повторяется. Признание, которое я едва не ляпнула вслух, так и остается со мной."

"Володя не провоцирует, не проявляет инициативу в этом вопросе, а сама я, конечно же, не решаюсь устроить подобное. То, что чувствительность проявилась в таких вот нестандартных ситуациях, дает мне надежду. Впрочем и врач тоже всячески подбадривает меня, уверяя, что очень скоро я смогу хотя бы стоять.

Я мало что понимаю во всех этих медицинских терминах, поэтому хватаюсь за его уверенность как за спасательный круг.

Расстраивает меня лишь одно - Власов общается со мной все меньше. Пару раз это происходит по видеосвязи, и я замечаю, каким уставшим он выглядит.

Моя ревность потихоньку пускает корни, и я начинаю бояться, что он попросту наигрался со мной. Глупости, конечно. Но страх предательства все еще живет во мне.

Мама меняет тактику - теперь она присылает сообщения с незнакомых номеров, говоря открытым текстом, что моя жизнь в опасности.

Но когда я сообщаю об этом Власову, тот не воспринимает всерьез:

- Не слушай и даже не переживай об этом. Охрана в клинике хорошая. Так что ты в безопасности.

- Но тогда зачем она снова и снова мне пишет?

- Потому что слияние нельзя затягивать. Представители второй стороны уже начинают давить на Лену. Вот она и злится.

- Но как ей поможет мой развод?

- Он поможет ей с тобой помириться и получить твое согласие. Или же это будет условием для шантажа. Не думай об этом. Это не твои проблемы.

- А чьи?

- Пусть твоя мать сама разбирается с теми, кого, получается, кинет на многомиллионную сделку.

- Все настолько серьезно? - ужасаюсь возможным последствиям.

- Более чем.

- Ты ведь что-то недоговариваешь, да?

- Лида, я уже сказал и повторю снова - твоя задача заниматься своим здоровьем.

- Но я имею право знать! - вскидываюсь на его заботу. - Это же и моя жизнь тоже! Что с Геной? Они все еще с мамой? Что у них происходит?

Володя молчит довольно долго.

- А ты что, ревнуешь своего неслучившегося мужа? - в его голосе арктический холод. Словно это совершенно другой человек сейчас. - Решила, может, простить его?

- Я ничего такого…

- Дай знать, если соберешься. А то потом снова придется замуж выходить. Накладное дело, знаешь ли.

И бросает трубку.

Это, выходит, наша первая ссора. Так глупо и так… по телефону.

Конечно, я расстраиваюсь. Злюсь даже отчасти, что он мог так подумать. Проходит полдня, прежде чем я собираюсь с духом и призваниваю Володе.