Я до сих пор забыть тебя не могу, — шепчет он, пытаясь к себе прижать, так что приходится применить силу рук. Он просто отлетает от меня.

— Мария Викторовна, помощь нужна?

— Нет, Ген, спасибо.

— Ну и иди, работай, тренируйся, проводи время с мамой. Еще кота заведи, так и сдохнешь старой девой.

— Лучше остаться старой девой, чем обманутой женой! — совершенно неприлично показываю средний палец, а потом просто убегаю, прячусь в уже привычном салоне крупной машины.

Гена садится за руль, молчит, выезжая на проезжую часть, а я опираюсь на передние кресла и приближаю голову к его.

— Ген, а давай мы про этот спектакль ничего Распутину говорить не будем?

— Если вы не хотите сюда больше ездить, то может и стоит сказать. Уверен, Распутин отнесется спокойно…

— Я, как и вы, не хочу терять работу, я с ней почти сроднилась. А со мной и так много проблем, чтобы разбираться с бывшими.

— Их было много? — прыскает Гена со смеху, а я головой качаю.

— Только один. Да и тот наполовину.

— Ну если вы справитесь с его вниманием, то я, конечно, буду молчать. Это вроде к работе не относится.

— Спасибо, Ген! А с меня вкусные печенья в виде животных вашим дочкам.

— Это они любят. Договорились.

— Спасибо, — откидываюсь на спинку сидения и расслабляюсь. Да, лучше, чтобы Распутин ничего не знал. Ни о пилоне, ни о бывшем.

Я стою возле прачечной, которая уже на три дня задерживает заказ по рубашкам. У Распутина осталась всего одна, и вчера я смотрела на нее с благоговейным страхом. А вдруг и она закончится.

Доехать сюда на такси было не самым дешевым удовольствием, но выбора особо не было. Так что теперь стою у компании с незамысловатым названием «Клин» и жду, когда они откроются.

На телефон поступает звонок. От Распутина. Он на сотовый звонит мне редко, но каждый раз в голове сигналит опасность. Тем более теперь, когда бывший активизировался и может рассказать про то, чем я занимаюсь после работы. Разумеется, Антон опустился до шантажа и просит о встрече. Я тянула неделю и теперь придется рассказать. Даже представить сложно его реакцию. Он последнее время раздраженный, и даже поездки к Августине не помогают. Ладно, надо брать трубку.

— Котова, почему вы не на работе.

— Ну, или вы приготовите им кофе или останетесь без рубашек.

— А что с рубашками. Они должны были давно в гардеробной висеть.

— Ну да, только в прачечной сменилось руководство, и пока оно разбирается, нам уже на три дня задержали заказ. Вот я и приехала…

— Чтобы что? Лично все постирать?

— Ну вот еще. Потребую назад рубашки и отвезу в другую прачечную, я уже нашла недалеко от офиса. И ваши партнеры приезжают в десять, я успею вернуться.