— Да, я знаю, что ты никогда не хотела быть артисткой, и это был твой абсолютно осознанный выбор…

— Вот именно! Я никогда и не играла. Тем более главную роль! Не поздновато ли начинать? — прервала ее Яна.

— Яна, ты делаешь это ради нас! Не последних людей из твоего детства. Им всем нужна помощь!

— Да понимаю я все! Но, мама! Ты смотришь на меня в через розовые очки. Я для тебя и лучше всех, и талантливее! Но не для этого дела, мама! Зависит судьба театра! Да ты что? Вам надо нанять самую лучшую актрису, чтобы она выиграла для вас этот кастинг!

— Яна, ты сама-то себя слышишь? О чем ты говоришь? Откуда у нас деньги нанять лучшую актрису? И потом, кто кроме тебя отдаст нам гонорар? Это должен быть свой человек! В общем, я тебе все передала! Это не моя материнская просьба! Это решение было принято коллективом единогласно! — торжественно произнесла Валентина Петровна.

Волосики встали дыбом на руках у Яны. Весь коллектив возлагал на нее надежды. Отказать в такой ситуации она не могла, это-то и пугало.

— Когда меня спросят, кто я, откуда я, что мне говорить? — спросила Яна.

— Ты давно зачислена к нам в труппу, то есть задним числом, — сразу же оживилась Валентина Петровна. — Все предупреждены, что ты актриса нашего ТЮЗа Яна Карловна Цветкова.

Яна вздохнула, а Агриппина Павловна так и сидела, подняв поварешку, словно держа перед собой распятие.

— А где все это будет проходить? — спросила Яна.

— Говорю же, у нас, в Твери, сразу же и съемки на натуре.

— А кастинг? — спросила Яна. — Который я благополучно провалю?

— Не говори так! Плохие мысли материализуются! Кастинг будет проходить в нашем театре. Рядом арендована гостиница для дорогих гостей и всей съемочной группы.

— А я где буду жить? В гостинице? Я же вроде как актриса местного театра, — спросила Цветкова.

— Не говори глупости. Ты будешь жить в нашей квартире, вот ключи, — выложила перед Яной на стол связку Валентина Петровна и снова посмотрела на часы. — Ну, мне пора…

— Мавр сделал дело, мавр может уходить, — прошипела сквозь зубы Яна. — И куда же это?

— Да летим с подружкой на Новый год в Прагу! — ответила уже совсем беззаботным тоном Валентина Петровна. — Вот заехала к тебе по дорожке. А что ты так на меня смотришь? Все же нормально! Зачем мне оставаться? Все зависит от тебя! От меня — ничего. Я верю в тебя и мысленно с тобой! — Валентина Петровна встала из-за стола. — Мне на самом деле пора. Опоздаю на самолет.

Агриппина Павловна наконец-таки перестала играть в детскую игру «Замри!» и засуетилась на кухне.