Я вернулась в столицу как раз к цветению среброцветницы дремлющей и скорому началу ядовитых дождей. И, как следствие, вся страница с объявлениями о найме пестрела сообщениями в духе: “Гильдия травников набирает сезонных рабочих”; “Артель “Акристорский рыбник” наймет мага-водника не ниже четвертой ступени на период нереста янтарного квартуза, оплата договорная”; “Промышленный дом “Эйгриг и сыновья” объявляет об открытии дополнительных вакансий на производстве по переработке среброцветницы дремлющей, менталистов отдельно просим не беспокоить!” — и так сверху листа и до самого низа.

Предложений, подходящих одной скромной (но очень надежной!) экономке, было исчезающе мало. Я нашла всего два: от агентства по найму персонала и от агентства же, но по трудоустройству. Просмотрев названия, убедилась, что и в одно, и в другое я и без того уже направила свое резюме, столь же скромное и надежное, как и я сама: семь лет безупречной службы в одном доме, помощница экономки к двадцати двум годам и экономка — к двадцати трем. Весьма впечатляющее доказательство доверия работодателей и недурственная карьера.

Для провинции, разумеется.

Здесь, в столице, на столь молодую экономку смотрели косо, рекомендации пробовали чуть ли не на зуб — и абсолютная достоверность (и заслуженность!) этих рекомендаций ситуации не спасала. Работу я искала уже месяц.

И хотя там, откуда я приехала, дела с ней обстояли еще хуже, у меня нет-нет да мелькала мысль, что все зря. Надо было пытаться, и неважно, что возвращаться к труду горничной мне не льстило, а экономки в провинциальных городках менялись реже хозяев, и первый раз мне просто очень повезло. А вдруг повезло бы еще раз?..

Я сделала глоток кофе. Еще раз пробежалась взглядом по объявлениям и со вздохом принялась переворачивать страницы в обратную сторону. В конце концов, на газету были потрачены деньги и надо извлечь из них максимум.

Однако до первополосных статей я так и не добралась, зависнув в разделе светской хроники.

Там, между рассказом о возмутительном поведении некой баронессы Б. (вот удивили, всем известно что "некая баронесса Б." - официальная фаворитка его величества Бернарда Седьмого) и отчетом о небывалом успехе ежегодной выставки цветов, маячила фотография знакомого дома, с украшением в виде россыпи панталон по живой изгороди. Бог мой, эти журналисты вездесущи!

В статье с громким названием «“Экономический” террор» (какая изысканная игра слов!) пострадавшая, госпожа Н. служившая в доме экономкой, жаловалась журналисту на нечеловеческие условия труда, а также на то, что после оного происшествия она, конечно же, потребовала расчета у своего работодателя, как и три ее предшественницы за последнюю пару лет.

Возможно и почти наверняка, госпожа Н.