Я-то ждал визга, попыток прикрыться, ну, или на крайний случай, принятия интересной позы, от которой у меня все поднимется, и я сразу решу сдаться, и желательно, не один раз, но нет.

Эта нахалка изволила запустить в меня огонь, а когда он ослепил меня, кинуться с кулаками, ногами и бесстыдными предложениями интима. Иначе я никак это не мог расшифровать, когда она, задирая ноги, демонстрировала мне свое изящество и то, что девушки обычно робко прячут, а мужчины смело достают, уверенные, что у них больше остальных. Правда, потом их ждет разочарование и ложь о том, что он самый лучший, но мы-то знаем, у кого больше и лучше.

В общем, мы дрались, забыв про магию. Ну, точнее, это она забыла, а я все никак не мог добраться ни до воды, ни до огня. Не с целью больно ударить, а чтобы помыть ее запылившуюся моську. Подогрею воду — и будет ей приятный во всех смыслах душ. Но дамочка мыться не хотела, предпочитая ходить грязной. Фу такой быть!

Браслеты использовать не хотелось, потому как мог и прибить, не рассчитав сил. Это же касалось и нитей. Получить вместо одной высокой девушки кучу мелких не хотелось. Но мне это быстро надоело, и когда она в очередной раз меня достала по лицу, я не выдержал. Мой ремень выскользнул из штанов, и устремившись к ней, оплел ей руки, а после дернул.

Она упала на спину, тяжело дыша и не понимая, что происходит. Я подошел к ней, чуть наклонился — и в этот момент штаны с меня упали, явив всем мою гордость и предубеждение.

Зрители сразу затихли, дамочка нашла в себе силы посмотреть сначала мне в глаза, потом вниз, потом она поняла, что сейчас ей будет хорошо, и быстро стала кататься от радости по песку, правда, почему-то пытаясь удалиться от меня, а не наоборот приблизиться.

Почесав голову и так ничего умного не придумав, я подтянул штаны, и придерживая их одной рукой, поковылял за ней, уговаривая ее остановиться, а то хуже будет.

Что будет хуже, она проверять не хотела, впрочем, как и останавливаться. Но я даже с приспущенными штанами, как оказалось, бегал лучше, чем она ползала, и скоро я ее настиг.

В это время зал взорвался от хохота, хотя что тут смешного, я не понимал, но мне было не до них. Меня беспокоили штаны, держащиеся на честном слове, которое уже болело от напряжения, и голая попка дамочки, которую она нещадно царапала о песок арены. Это ж потом шрамы останутся и такая красота пропадет! Надо ее спасти, пафосно сказал я себе, кидаясь к ней с самыми серьезными намерениями и твердой жизненной позицией.

Та спасаться упорно не хотела, что-то вопя на своем красивом языке. Я уж ее и уговаривал, и предложения почти приличные делал — вообще никак. Пришлось действовать строже и решительней. Поймав ее за ногу, я получил в лицо второй, которой она меня лягнула, я упал на задницу и вконец разозлился.