«Черная месса!» – с ужасом подумала она, переводя взгляд с коленопреклоненного Маттео на статую, казавшуюся при подобном мрачном освещении залитой кровью. Когда-то в Селтоне, роясь на полках библиотеки, она нашла запыленную старинную книгу с описанием потрясшей ее омерзительной церемонии. Без сомнения, когда закончит свою святотатственную молитву, Маттео принесет своей богине занявшей тут место самого Сатаны, избранную жертву. Это значит, что он овладеет ею, а затем окропит ее тело кровью только что зарезанного животного или даже человека, подтверждением чему является длинный нож с мрачно сверкавшим лезвием, лежавший у ног Люсинды. Если только он не зарежет несчастную Агату, что было вполне вероятно, ибо никаких других признаков жизни в прогалине не замечалось.

Сейчас Маттео, безусловно, находился в трансе. Произносимые им слова стали неразборчивыми и походили на какое-то отвратительное жужжание, вызвавшее у Марианны гадливость. Расширившимися от страха глазами она смотрела, как он отставляет в сторону вазу, покрывает поцелуями тело бессознательной девушки и хватает нож. У Марианны помутилось в глазах, но каким-то чудом она тут же овладела собой. Выйдя из укрытия, она сделала несколько шагов, подняла руку, хладнокровно прицелилась и нажала курок.

Оглушающе прогремел выстрел… Маттео вскочил, уронил нож и блуждающим взглядом огляделся вокруг себя. Он не был ранен, так как Марианна целилась в статую, но он испустил ужасный вопль, заметив, что у Люсинды исчез подбородок. Обезумев, он бросился к ней, но ледяной голос Марианны заставил его остановиться.

– Стойте, Маттео, – сказала она, отбросив ставший бесполезным пистолет и доставая из-за пояса другой. – Я могла бы убить вас, но мне не хочется лишить вашего хозяина такого верного слуги. Тем не менее, если вы не послушаетесь, вторая пуля предназначена вам. И вы могли убедиться, что я всегда попадаю в цель. Я изуродовала вашу дьяволицу, следующая пуля найдет вас. Возьмите Агату и отнесите в ее комнату. Это – приказ, повторять не буду! – И она угрожающе повела дулом пистолета в его сторону. Но смысл сказанных ею слов, похоже, не дошел до него. С безумными глазами и перекошенным ртом он полз на четвереньках по развалинам, пытаясь встать. Острые камни и колючки кустарника оставляли его совершенно бесчувственным. Он действительно казался жертвой чудовищного транса, и по мере того, как он приближался, Марианне становилось все более жутко при мысли о том, что ей придется сделать, чтобы защититься от этого человека, силы которого, очевидно, удесятерились: стрелять в упор!

– Остановитесь! – крикнула она. – Назад… вы слышите?.. Назад!

Но он не слышал ее. Ему удалось встать, и он приближался с протянутыми руками, с пугающим взглядом лунатика.