Лифты заблокируем и первый этаж посмотрим. Он и тут не жилой, но, мало ли.

Подхватываю с пола шлем и нахлобучиваю его на голову. Бррр! Пока по этажам бегал — вспотел, а теперь шлем изнутри мокрый и холодный. Надо что-то с этим делать. На шапочку ЗШ одевается плохо. Раньше проще было: маску раскатал — и все в ажуре. Потом работать в масках ОМОНу приказом запретили, за исключением операций на Северном Кавказе. Такое ощущение, что кроме Чечни нигде и никто наши лица запомнить не хочет… Хотя, сейчас-то наши «физии» точно никому не уперлись, и других проблем полно.

А что касается удобства ношения шлема, так тут теперь каждый выходит из положения по-своему. Вон, у нас во взводе один ухарь есть, Миша, он сейчас с Тисовым на Маяковке геройствует, так он еще перед прошлой командировкой купил себе в каком-то коммерческом «Военторге» черную косынку-бандану, и счастлив, как слон. Очень, говорит, удобно и практично. И пот впитывает, ничего за шиворот не стекает и по лбу не скатывается, и гигиеничнее, опять же.

Надо бы, что ли, и самому озаботиться. Ту же армейскую медицинскую косынку пополам сложить, да на голову намотать. Ничуть не хуже той же самой банданы получится. Опять же, цвет к уставному ближе. Хаки, он хаки и есть, не то, что черный — то ли пират, то ли вообще башибузук какой-то…

Сразу приступить к зачистке все равно не удалось. Выбравшиеся и кунга «Урала» таманцы, оказывается, привезли не только боеприпасы. Для начала, они неслабо так прибарахлились сами: на всех — наколенники-налокотники, точно такие же, как и у нас.

Вот только «щитки» у них, как говорится, муха не сношалась. Вместо древних «стальных шлемов образца одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года» — противоударные пластиковые «Джетты», тоже новенькие, полированные — бриться в них глядючись можно. У четверых на автоматах вижу даже наши, российского производства коллиматорные прицелы «Кобра». Ну, тут понятно, у кого крепления под них на ствольной коробке было, те и поставили.

Сержант Саша, оставив подчиненных кого патроны разгружать, кого подбредающих мертвецов отстреливать, летит вприпрыжку ко мне, одной рукой аккуратно придерживая висящий поперек груди стволом вниз автомат, а другой сжимая горловину еще одного гениального изобретения русского военного гения — вещмешка-«сидора».

— Молодца, Сашка, объявляю вам всем один «зашибись» и рукопожатие перед строем, — шутливо вскидываю два пальца к правой брови, изображая что-то вроде воинского приветствия.