А не хотите рано или поздно с моим «калашом» пообщаться — скатертью по жопе, катитесь на все четыре стороны, никто вас не держит! А вот если все таки армия, то подотрите сопли, отыщите свои яйца, коль мужиками родились, и вспомните, какая у армии основная задача! Для особо одаренных напомню: долг и главная задача каждого солдата — защищать свою страну и свой народ! А вы, сука, на этот самый народ, похоже, положили с пробором, защитнички, вашу мать! Стыдно мне на вас смотреть, мужики, стыдно!

Неужели получилось? Вот блин, с таманцами не вышло, а тут — получилось! Или я с «таманью» просто недостаточно постарался? В любом случае, этих я, похоже, если и не убедил до конца, то, как минимум, заставил крепко задуматься. Обведя еще раз замерших в гробовом молчании солдат, я махнул рукой, и начал было спускаться с крыльца вниз, собираясь вернуться к машине, но меня аккуратно придержал за плечо стоявший рядом молодой майор.

— Скажи, прапорщик, а ты сам-то веришь во все то, что только что сказал? Какая страна, о чем ты? Оглянись вокруг! От правительства со второго дня всего этого ни слуху, ни духу. Бросили нас…

Я останавливаюсь и, пристально глядя ему в глаза, отвечаю:

— Верю. Какая страна? Наша, мать твою! И причем тут правительство? Государство и Родина — это не всегда одно и то же. Кто тебя бросил? Президент? Министр внутренних дел? А что они для тебя сделать сейчас смогут такого, что ты сам для себя и без их помощи не сделаешь? Просто ты, товарищ майор, повторюсь, уж определись для самого себя, кто ты. И если решишь, что ты все еще майор, часть армии, то уясни, что для тех гражданских, которых ты сейчас защищаешь, ты — и есть государство. Не Президент, неизвестно где потерявшийся, и не куча депутатов-дармоедов, а ты майор!

И уже направляясь между расступающимися передо мной солдатами к УАЗу, я слышу за спиной его тихий и растерянный голос.

— Майор, майор… Да кому сейчас эти звезды и просветы вообще интересны? Все мы сейчас рядовые… Рядовые Апокалипсиса, блин…