Повернув голову в ту сторону, я глубоко вдохнула, приподнялась на кончики пальцев передних лап. Внутри по моему желанию зарождались молнии, и когда я выдохнула, они вырвались с неистовой силой и, ломая землю, добрались до кромки кратера, как и ударный крик Лисара.

Мы снова переглянулись.

Рыцари и моряки упали на колени, склоняясь перед нами.

Нам было не до них. Я и Лисар расправили крылья и взмыли вверх.

Драконье тело тяжелее, держать его вертикально оказалось сложнее, чем птичье, я отставала. Зато Лисар, разбрасывая огненные искры, резво лавировал в потоках воздуха.

Длинные трепещущие перья его хвоста чиркнули меня по носу. Он круто развернулся и облетел меня по кругу, словно насмехаясь над моей медлительностью. Мы возносились всё выше и выше, пробили слой облаков. Холодный ветер хлестал нас, закружил, швыряя обратно, во влажные объятия облаков. Мы разбили их крыльями, создавая водовороты из огня и молний. Пробившись сквозь ватный покров, наконец, посмотрели вниз.

На ставший островом кусок земли с храмом. На море и дальний изломанный берег с неровными пятнами поселений. Пена на волнах казалось маленькой рябью, а торчащие из воды скалы, такие страшные, когда мы плыли на корабле, напоминали бусины.

Весь мир расстилался перед нами. Бескрайний и завораживающий.

Ветер гудел, наполнял крылья, посвистывал в костяных наростах на голове. Во вспышках молний я мчалась под облаками, всё дальше улетая от острова и храма, огненный феникс Лисар пронзительно закричал, и в этом птичьем вопле был азарт и радость.

Сложив крылья, я рухнула вниз. В падении сердце срывалось, безумный экстаз прошибал тело, и море было всё ближе, ближе, ближе… Рывок — и падение прекратилось, сорвавшиеся с крыльев молнии ударили воду, а я по спирали стала подниматься вверх.

Лисар повторил моё движение. Его наполненные огнём крылья едва не коснулись меня, и вдруг он развернулся, почти сталкиваясь со мной грудью. Мы поднимались параллельно, он не отставал и не обгонял. Странное чувство охватило сердце, всю меня потянуло к Лисару. Покров внезапно стал распадаться. Чешуя, крылья, драконье тело — всё растворялось, устремляясь к Лисару, а его покров распадался, устремляясь ко мне… и мы не падали. Даже лишившись крыльев, когда покровы, словно ало-огненные и чёрно-грозовые чернила смешивались и перетекали вокруг тел, мы продолжали подниматься в леденящую вышину.

А затем покров Лисара накрыл меня огненной согревающей волной, а мой окутал его вспышками молний. Огненные крылья феникса заняли место моих рук, я снова росла, покрываясь перьями, а Лисар вытянулся, и чешуя волной проступила на чёрном драконьем теле. Его синие глаза сверкнули, когда он посмотрел на меня, прежде чем откинуться назад, рассыпая разряды молний.