Осмотрев все, купцы вернулись к дрожкам. Лыков сказал:

– Шалтай! Не пора ли нам к воротам?

Но сарт вцепился ему в рукав и стал канючить:

– Таксыр! Еще больше часа до появления там крестного хода! А ехать мало-мало. Окажите честь, посетите чайхану моего дяди по маме! Совсем рядом, вон там за углом и немного проехать. Мы успеем!

Парень собирался использовать свой шанс по полной. Ну что было с ним делать? Сердиться Алексею не хотелось, и он сказал:

– Зайдем. Только быстро!

Через пять минут Лыков впервые оказался в настоящей чайхане.

Она представляла собой небольшое помещение навроде летней веранды: стена, обращенная на улицу, отсутствовала.

Внутри на особом столе красовался огромный самовар – символ заведения. Внутри шипела печка, на углях которой в нескольких чайниках булькал чай. (Оказалось, что сарты кипятят уже готовый чай заново.) Возле печи примостился гигантских размеров глиняный кувшин, в котором отстаивалась арычная вода. Расторопные мальчишки то и дело доливали туда новую порцию. А из корчаги так же регулярно лили воду в самовар – процесс фабрикации чая шел непрерывно.

Перед заведением, прямо на улице, было постелено несколько больших квадратов из кошмы.

На них кучками сидели посетители. Как только русские разместились, к ним подбежал парнишка, весь в бородавках. Он схватил у Лыкова деньги, выслушал приказание Шалтая и тут же исчез. Сарт пояснил Лыкову:

– За две копейки тут дают чайник кок-чая и пиалу. Можно еще потребовать горсть изюма или одну лепешку. Это будет стоить дополнительно две копейки.

– Пусть принесут. Гулять, так гулять!

Городовой вернул мальчика и громко, чтобы все вокруг слышали, дополнил заказ.

На них тут же стали оглядываться.

– Шалтай, – обратился к чичерону Лыков, – это правда, что в чайхане только пьют чай, а еды не дают?

– Ай, таксыр, кто вам такое сказал? Платите деньги, и все принесут! Место, где кушают, называется ашхана. Если чайхана есть везде, в каждой махалля своя, и еще на рынках, то ашхана только на рынках. Там, где много приезжих, им всем кушать надо, вот там ашхана. Но если вы хотите, дядя Шукур пошлет мальчика, и через пять минут тут все будет!

– Дядя Шукур? А это как переводится?

– Шукур означает «благотворитель».

Ну, послать за едой?

– Нет, – решил за всех Лыков. – Мы спешим. После крестного хода пообедаем.

– Ай, хорошо! – обрадовался джигит. – На базаре Чорсу держит ашхану дядя моей тетки… по мужу брата… ну, не помню точно, как это по-русски. Там покушаем. А здесь пьем чай, вот!

Лыков отхлебывал из грязной-грязной пиалы и присматривался. Капитан Скобеев говорил, что чайхана для сартов – то же, что клуб для русских. Действительно, туземцы сидели на войлоках группами, беседуя кто тихо, а кто и в полный голос.